Книга Ничего мне не обещай, страница 46 – Меган Брэнди

Только выйдя на поле, я обнаружил, что способен позаботиться и о себе. Нам всем не потребовалось много времени, чтобы понять, что я лучше многих в этом виде спорта. Внезапно я стал нужен не только Ари, но и моей команде. Это было похоже на то, как будто другая половина моей души пробудилась к жизни. Вот так, у меня было две цели в жизни, и я, черт возьми, расцвел от этого простого факта.

— Травма влияет на каждого по-разному, Мэйс, – шепчет Ари, возвращая меня к теме разговора. – Ты не можешь винить их, ненавидеть или отворачиваться от них. Люди по-разному переживают свои травмы, но и лечат их они по-разному.

Она смотрит в мою сторону, и я встречаюсь с ней взглядом:

— И у некоторых это занимает гораздо больше времени, чем у других.

Едкий смешок покидает меня, и я борюсь с улыбкой.

— В самом деле? Просто оставишь эту фразу висеть в воздухе и будешь надеяться, что я клюну?

Она хмурит брови, на ее лице отражается беспокойство.

— А ты клюнешь?

Она слегка хмурится, и я отвожу взгляд. Я ненавижу, что она беспокоится обо мне. Она не должна переживать из-за меня и моего дерьма.

Вздохнув, я меняю тему:

— Утром я возвращаюсь в кампус. У команды в штате новый тренер, и он хочет, чтобы я с ним поработал. Команда должна вернуться с перерыва через несколько дней, и, полагаю, поскольку я новый Ноа, моя работа – убедиться, что все улажено, до того, как они доберутся обратно.

Ари ждет, надеясь, что я хотя бы затрону то, что она пыталась до меня донести, поэтому я пытаюсь найти способ сказать то, что, по мнению Ари, она знает, не подтверждая и не отрицая.

— В прошлом году я старался изо всех сил, чтобы попасть туда, а вчера вечером сидел и пытался придумать отговорки, которым поверил бы мой тренер, чтобы я мог остаться здесь подольше. – Я хмурюсь еще сильнее. – Прошлым летом я был уверен в завтрашнем дне, но я вернулся сюда совсем не к тому, что оставил здесь в прошлый раз. – Я искоса смотрю в ее сторону.

Лицо Ари исполнено понимания, и легкая грустная улыбка изгибает ее губы. Очередь двигается, и вот подходит наш черед. Мы с натянутыми улыбками стоим перед мясником.

Я даже не слышу, что сестра в конце концов заказывает, так громко звенит у меня в ушах.

Завтра мне нужно уезжать, и я чертовски напуган.

* * *

Слишком быстро наступает следующее утро, и когда я выхожу к своему грузовику с дорожной сумкой, зажатой в кулаке, мои страхи подтверждаются. Потому что, в отличие от прошлого раза, здесь нет хорошенькой маленькой блондинки, стоящей у капота с детской коляской, чтобы убедиться, что у нее есть шанс попрощаться.

Здесь только я.

Я и всепоглощающее чувство гребаного провала.

* * *

— Последний, Джонсон! – кричит тренер Роган с боковой линии.

Я подхожу к конусам, бросаюсь вперед, но тут же возвращаюсь в лузу. Помощник тренера Дэвис выставляет свой щиток слева, и я перекатываюсь вправо, уклоняясь. Я бросаюсь к отметке, отвожу руку назад и имитирую пасс, затем возвращаюсь на старт. Я отступаю назад, бросаюсь влево, когда мой второй тренер, тренер Николс, приближается справа от меня, мои ноги скользят по траве. Я выбрасываю вперед руку, и на этот раз мяч вылетает из моих пальцев.

Раздается громкий свисток, и я, тяжело дыша, поворачиваюсь.

— Тренер. – Я упираю руки в бока и вытягиваю шею, чтобы вдохнуть поглубже. – У меня в запасе еще есть силы. Я могу продолжать.