Книга Рабыня Шейха. Заключенная в золото, страница 71 – Ульяна Соболева

Вскоре Омару пришло поручение от шейха: привести к нему Евгению. Это был необычный приказ. Шейх редко приглашал рабынь к себе на ужин, и Омар знал, что это вызовет волну слухов и сплетен.

— Приготовь её, — приказал он Замире заместительнице Фариды, старшей среди женщин гарема. — Она должна быть готова к ужину с шейхом.

Замира кивнула и тут же отправилась исполнять приказ. Омар же остался в коридоре, наблюдая за подготовкой. Он чувствовал, как напряжение нарастает. Лейла, узнав о приглашении, была в бешенстве. Она знала, что теряет шейха, и это сводило её с ума.

Вечером, когда Евгения была готова, её привели в комнату, где шейх ожидал её за ужином…кстати уже во второй раз. Омар стоял в тени, наблюдая за всем происходящим. Шейх сидел спокойно, но в его взгляде Омар читал больше, чем простой интерес. Это было нечто большее.

Когда Евгения подошла ближе, Омар почувствовал странную смесь эмоций — он был горд за свою работу, но также испытывал некую тревогу. Он знал, что шейх редко проявлял такие сильные эмоции, и это могло привести к неожиданным последствиям.

Но сейчас его долг был исполнен — он привёл Евгению к шейху, и теперь всё зависело от неё.

* * *

Спустя час Шейх выскочил из спальни, его глаза метали молнии. Он был взбешён, лицо налилось красным, и даже легкая дрожь в руках не ускользнула от Омара. Столь яркий всплеск гнева был редкостью для Амирта, и это заставило его верного слугу напрячься. Омар знал, что в такие моменты шейх опасен как никогда.

— Уведите её! — рявкнул Амирт, его голос разлетелся по коридорам дворца, как удар грома. — Уведите немедленно!

Евгения, бледная, с растерянными глазами, едва успела подняться с пола. Слуги бросились к ней, чтобы вывести, но Омар почувствовал холодок вдоль спины. Это выглядело как конец. Ему было ясно, что шейх был на грани того, чтобы покарать её за дерзость. В гареме было неписаное правило — никогда не перечить воле шейха, а уж тем более бросать вызов его авторитету.

Когда Евгению уводили, её взгляд метался по сторонам, и, на мгновение, встретился с глазами Омара. Это был молчаливый крик о помощи, отчаяние и страх. Но он ничего не мог сделать — не в его власти было останавливать события, запущенные решением шейха.

Ночь прошла в том же напряжении. Омар всю ночь думал о том, что русскую девушку, скорее всего, ждёт суровое наказание. Такие поступки в гареме не прощались. Он знал, что наказания могли быть жестокими — от заточения в темных покоях до публичной казни.

На следующее утро Омар, ожидая вызова, был уверен, что приговор Евгении уже вынесен. Но то, что произошло дальше, сбило его с толку.

Когда его вызвали к шейху, он шёл по коридорам дворца с уверенностью, что шейх прикажет покарать девушку. Но когда он вошёл в покои Амирта, то застал его в спокойном, почти задумчивом состоянии. Шейх сидел за своим столом, пальцами перебирая бумаги, но его мысли явно были где-то далеко.

Омар заметил перемены в шейхе сразу. Он знал Амирта больше десяти лет и мог читать его, как открытую книгу. Но то, что происходило сейчас, сбивало его с толку. Шейх никогда не был человеком, которого можно было бы поколебать или заставить изменить свои привычки. И уж точно ни одна женщина не имела над ним такой власти, как теперь, похоже, получала эта русская — Евгения.