Книга Тёмный защитник, страница 97 – Ноа Хоуп

Марси замялась на долю секунды, ее взгляд, полный противоречивых эмоций, встретился с моим. В нем читалась борьба – бунт ее непокорной души, желание сопротивляться, но затем с тихим вздохом она подчинилась. Перевернулась на кровати, опираясь на руки, и приподняла бедра. Эта поза такая… раскрытая, покорная, уязвимая.

Само совершенство. Я могу с ней сделать все, что захочу – а я именно это и собираюсь сделать, – и она примет абсолютно все.

Власть, которую я ощущал в этот момент, опьяняла не меньше, чем ее близость.

— Для начала, – произнес я, неторопливо проводя пальцами по изгибам ее ягодиц, наслаждаясь бархатистостью ее кожи, – ты получишь наказание. И клянусь, Марси, в конечном счете ты будешь выкрикивать мое имя, наслаждаясь каждым ударом и умоляя меня продолжить.

Она тяжело сглотнула, но ничего не ответила, лишь сильнее выгнулась, предлагая себя. Ее глаза наверняка горели тем же огнем, что и мои. Я наклонился ближе и поцеловал ее в плечо, нежно, почти невесомо, чтобы усилить напряжение, которое вибрировало между нами, наполняя собой все пространство.

— Пришло время заплатить за свои проступки, – прохрипел я, сжимая ее ягодицы. – Расскажи мне о своих грехах, моя прекрасная женушка.

Марсела задержала дыхание, как будто готовясь к исповеди, и еле слышно прошептала:

— Я… грубила тебе… дерзила.

Как только слова сорвались с ее губ, я резким движением руки шлепнул ее по ягодице. Звук удара разнесся по комнате. И сразу же скользнул пальцами ниже, чтобы унять жжение.

Марси вздрогнула, и из ее горла вырвался сдавленный стон. Когда она пришла в себя от первоначального шока и боли, смешанных с удовольствием, начала подаваться бедрами навстречу моим движениям, но я резко отстранился, игнорируя ее безмолвную просьбу. Марсела обиженно захныкала, и это звучало до нелепого возбуждающе.

— Ты еще не заслужила удовольствия, – холодно произнес я, наслаждаясь ее разочарованием.

Она застонала, но кивнула, принимая правила моей игры.

— Что еще ты сделала, Марсела?

— Я… ослушалась твоего приказа… перенесла вещи в другую комнату…

Еще один шлепок – более сильный – приземлился на ее задницу. На сей раз я не попытался смягчить болезненные ощущения, лишая того контраста, которого она так жаждала.

— Дальше.

— М-м-м… я… мастурбировала, – выдохнула она едва слышно.

Третий удар, еще сильнее, достиг ее попки. Я резко раздвинул ее бедра и легонько шлепнул по чувствительной коже.

— О ком ты думала, пока развлекалась игрушкой? – проревел я, дразняще касаясь ее, но не давая желаемого.

— О тебе, – призналась она, нетерпеливо толкаясь бедрами.

Я выругался сквозь зубы и, наконец, протянул руку туда, где Марсела нуждалась больше всего. Комнату наполнили грязные звуки и громкие стоны моей жены.

— Ты даже не смутилась, когда увидела меня, – продолжал я, ускоряя темп. – Тебе понравилось, что я наблюдал за тобой, не так ли?

Она хотела что-то ответить, но я отстранился и убрал руку, оставив ее разочарованной и жаждущей. Марсела повернула голову. Ее губы приоткрылись в беззвучном протесте, зрачки расширились, а на ресницах блестели слезы.

Прекрасная, сломленная, моя. Но я еще не закончил ее мучить.

— Что еще ты сделала? – спросил я, пристально глядя на жену и наслаждаясь ее беспомощностью.