Книга Тёмный защитник, страница 26 – Ноа Хоуп

— Хорошо, договорились, – ответила я с искренней улыбкой, стараясь сдержать волнение в голосе. – Меня, кстати, Марси зовут.

— Марси… – медленно повторил он. – Красивое имя. Оно тебе очень подходит.

Я покраснела от его слов, чувствуя, как жар приливает к щекам.

— Мне уже пора идти, – сказал мальчик и слегка улыбнулся. – Я приду сюда завтра в это же время. Я буду защищать тебя, бабочка. Никто больше не посмеет тебя обидеть.

Мое сердце наполнилось надеждой и трепетом. Впервые за долгое время я чувствовала себя в безопасности, зная, что кто-то готов прийти мне на помощь, кроме брата и отца.

— Я буду ждать тебя, мой защитник! – пылко прошептала я, не в силах скрыть восторга.

Он подмигнул на прощанье и быстро ушел, растворившись в тени деревьев, будто призрак. Я еще долго стояла на месте, наблюдая, как он удаляется, и чувствуя, как в моей душе расцветает нечто новое, незнакомое и волнующее, что не поддавалось объяснению, но отчего хотелось улыбаться и мечтать.

Однако мальчик пропал. День за днем я возвращалась на площадку, цепляясь за призрачную надежду вновь увидеть загадочного защитника. Время шло, а он так и не появился.

Каждый день ожидания казался мне вечностью, и я начинала сомневаться, не было ли все это лишь плодом моего воображения?

Второй сон-воспоминание

Спустя месяц, после очередного дня тщетных ожиданий, я сидела у себя в комнате, забившись в самый дальний угол, и горько плакала, уткнувшись в подушку, когда ко мне заглянул папа. Я поведала ему о таинственном защитнике, ожидая, что отец, как всегда, утешит меня, обнимет и скажет, что все будет хорошо. Но на его лице появилось выражение, которого я никогда раньше не видела. Гнев исказил красивые черты, а его глаза, обычно такие теплые и любящие, стали жесткими, как осколки льда. Он резко развернулся и направился к двери, его шаги гулко отдавались в тишине дома.

Я испугалась, что он может навредить моему защитнику, поэтому тихонько прокралась следом. Спустя несколько минут в отцовский кабинет прошли двое охранников, которые сопровождали меня в тот день на площадке. Спрятавшись за цветами в коридоре, я прислушалась к их разговору и зажала рот рукой, стараясь не выдать своего присутствия. В воздухе висел тяжелый запах дорогих сигар, которые всегда курил папа, и было что-то еще… зловещее.

Папочка громко кричал на охранников, обвиняя их в том, что они не уберегли меня, позволив приблизиться ко мне какому-то неизвестному ребенку. Мне так хотелось выбежать и встать на защиту мальчика, но внезапно раздался очень громкий и резкий звук.

Я знала, что мне следовало спрятаться у себя в комнате, но, повинуясь неведомому порыву, вбежала в кабинет. Картина, открывшаяся глазам, навсегда врезалась в мою память. Папа убирал пистолет за пояс, а на полу перед ним лежали два тела в лужах крови. Я замерла, сознание отказывалось верить, что мой любимый папочка способен на такую жестокость. Меня охватил леденящий душу страх, и я начала пятиться.

— Папа… что ты сделал? – Голос сорвался на всхлип, а по щекам уже катились слезы.

Когда Анджело де Лука, человек, которого я любила всем сердцем и считала самым лучшим отцом на свете, поднял на меня взгляд, в его глазах отразились замешательство и вина.

— Что ты здесь делаешь? Ты должна быть в своей комнате! – выкрикнул папа, отчего я вздрогнула, и он тут же смягчился.