Книга Тёмный защитник, страница 148 – Ноа Хоуп

— А мой брат, вторая половина души, оттолкнул меня, как будто я ничего для него не значу. Хотя для меня он как воздух, без которого я не могу дышать! – Марси запнулась, но продолжила, не желая сдаваться: – И вы почему-то до сих пор ожидаете, что я выберу вас? Алессио, в отличие от вас, рискнул ради меня! Привез меня сюда, стоит рядом, зная, что ему могут прострелить голову в любой момент! Мы прилетели без огромной свиты его людей и оружия, хотя осознавали, что подвергаем себя опасности. Муж поступил так, поскольку хочет, чтобы я была счастлива! Он понимает, как для меня было важно поговорить с вами и попытаться помириться! Черт, Алессио рискнул своей жизнью ради меня! А что сделали вы, моя плоть и кровь?

Ее родственники молчали и только кривились. Отец, несмотря ни на что, продолжал упрямо держаться за свою правду. Зато в глазах брата мелькнула тень чего-то похожего на вину, но он быстро спрятал ее за маской равнодушия.

Окружающие нас гости, как вороны, слетевшиеся на пиршество, с нескрываемым любопытством наблюдали за разворачивающейся трагедией. Я был уверен, что слухи о сегодняшнем дне разлетятся по всей Италии со скоростью лесного пожара.

Первым нарушил гробовое молчание после тирады Марселы Анджело.

Он повернулся к дочери, и в его взгляде читалась холодная решимость.

— Я не изменю своего мнения. Еще когда ты была ребенком, я был против этого союза. И отец твоего мужа разделял мои опасения. Он, как и я, понимал, что между нашими семьями никогда не будет мира, даже ценой брака между детьми. Если бы мы тогда позволили вам подружиться, у вас бы все равно ничего не получилось. Наша вражда слишком стара.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями, и продолжил с возрастающим напряжением в голосе:

— А ты… предала меня и нашу семью. Теперь ты для меня – никто. У тебя есть час, чтобы покинуть город вместе с твоим мужем. И не смей больше попадаться мне на глаза!

Слова Анджело гулко отзывались в моей душе, подобно тому, как эхо отражается от каменистых склонов горной расщелины. Я знал, что его решение вызвано не только гордостью, но и страхом утратить контроль. Я чувствовал, как ненависть к нему расползается внутри меня, как черное облако, готовое накрыть все вокруг.

Старший де Лука развернулся, направляясь к воротам виллы, но вдруг раздался оглушительный выстрел. Время, казалось, остановилось. Анджело дернулся, а затем его тело обмякло и рухнуло на землю, как срезанный под корень древний дуб. Крики, стоны и судорожный возглас Марселы слились в какофонию ужаса.

Микеле стоял неподвижно, как статуя смерти, его глаза были пустыми, полными безумия. Пистолет, направленный на тело отца, дымился в руке. А Серафина, его жена, издала беззвучный крик, прижав ладони к ушам. Ее плечи сотрясались от рыданий, которые она с трудом сдерживала, слезы катились по щекам, оставляя на коже дорожки соленой влаги.

— Что… ты наделал, брат? – дрожащим голосом спросила Марсела, но близнец проигнорировал ее.

Он приблизился к отцу, медленно опустился на колени и посмотрел на зияющую рану в груди Анджело. Кровь, как зловещий прилив, растекалась вокруг тела.

— Из тебя вышел… дерьмовый отец, – мрачно и с горьким презрением проговорил Микеле. – Да, Марсела выбрала мужа из вражеского клана, но ты не имел права изгонять ее из семьи и нашего дома!