Книга Нулевой токсин, страница 107 – Мария Эмви

— Что мы делаем дальше? — спросила Элизабет, глядя на него снизу вверх. Залман обернулся и посмотрел на нее. В тусклом свете, пробивающемся из щели под дверью, он выглядел как воин, прошедший через мясорубку. Его грязная одежда, окровавленные руки и уставшие глаза создавали образ человека, с которым не захотел бы встретиться ни один здравомыслящий противник.

— Вирус сделал свое дело, — сказал Залман, понизив голос. — Система ослепла, и Сфорца потерял контроль над пациентами. Но клиника все еще заблокирована кодом Черным. Электронные замки на главных дверях обесточены и переведены на магнитную блокировку, их невозможно открыть программно.

— И как же мы выйдем? — нахмурилась Элизабет. — Главный выход в Атриуме заблокирован массивными гермостворками. Если мы не сможем их открыть…

— Мы их не откроем. Их откроет тот, кто имеет физический ключ ручной деактивации, — Залман чуть склонил голову. — Альдо Сфорца.

Элизабет чуть не подавилась от услышанного.

— Сфорца⁈ Он скорее умрет, чем выпустит нас или кого-то из пациентов. Если мы выйдем и расскажем миру о том, что он здесь делает, его империя рухнет за один день! Сфорца запрет нас всех здесь навсегда, пока не вернет контроль.

— У него не будет выбора, дорогая, — Залман сделал шаг к Элизабет и положил руки на ее плечи. — Думаешь, я просто написал вирус, который отключает браслеты и подачу блокаторов? Это было бы слишком примитивно.

Он наклонился ближе.

— Пока Вейн смотрел на свои обожаемые зеленые графики, мой код скопировал всю закрытую базу данных центрального хаба. Всю их черную бухгалтерию, записи незаконного применения препаратов, видеофайлы допросов с минус второго этажа.

Элизабет почувствовала, как по спине пробежал холодок восхищения.

— И где сейчас эти данные?

— Они зашифрованы и лежат на серверах моей компании в Цюрихе, — Залман усмехнулся той самой улыбкой, от которой у конкурентов его отца стыла кровь. — С таймером отложенной публикации. Если я не введу код отмены в течение ближайших шести часов, все эти файлы будут разосланы в ФБР, Интерпол и ведущие мировые СМИ.

Мужчина отстранился и подошел к двери, убирая тяжелую металлическую тележку, которой подпирал вход.

— Этот сумасброд Вейн, скорее всего, уже очнулся. Он доложит Сфорце, что я выбрался, и они начнут охоту на нас, — Залман взялся за ручку двери, а затем обернулся и посмотрел на Элизабет. — Нам не нужно прятаться, мы пойдем прямо в главный Атриум. Вызовем Сфорцу на разговор и поставим ему ультиматум.

Элизабет провела руками по волосам, собирая их в небрежный хвост. Она больше не была испуганной мышью, она была женщиной, которую защищал самый умный человек на планете. И она была готова стать его мечом. Залман распахнул дверь, и они вместе шагнули в коридор, готовые встретиться с главным архитектором этого ада лицом к лицу.

«Апейрон», еще утром бывший вершиной медицинской эстетики, теперь выглядел так, словно пережил локальное стихийное бедствие. Элизабет и Залман свернули с технического коридора в главную стеклянную галерею, ведущую к Атриуму, под ногами хрустели осколки разбитых интерактивных панелей. Умиротворяющие картины альпийских лугов на стенах сменились мигающими экранами с сообщениями о системных ошибках. В воздухе царил остаточный запах слезоточивого газа, который санитары применили для разгона наиболее агрессивных пациентов.