Книга Разбуди меня в Сеуле, страница 6 – Надежда Тихомирова

Юрик, взглянув на меня бешеными глазами, ушел на кухню – и, конечно, больше на танец меня не приглашал. Еще минут двадцать я усердно изображала, что расслабленно потягиваю разбавленный коктейль за столом. На самом деле я выжидала, когда все успокоятся и перестанут глазеть на меня. Наконец мне показалось, что обо мне забыли. Теперь можно было незаметно слиться.

Когда я надевала в прихожей ботинки, из кухни показался Юрик. Я выпрямилась и сделала шаг к двери. Он быстро подошел и, глядя мне прямо в глаза, схватил за плечо:

— Тебя проводить?

Я опешила. По спине побежали мурашки, и я испугалась, что он почувствует их.

«Юрик собирается провожать меня домой? С чего бы? Опять будет мне угрожать? Но… он сейчас бешеный после этого проклятого медляка. И… опасный.

Кровь ударила в голову, и я поспешно отказалась:

— Н-нет, спасибо.

Юрик отстранился и окатил меня таким презрительным взглядом, что сразу стало понятно: он меня ненавидит.

Юрик отвернулся и исчез в гостиной, откуда раздавались пьяные голоса одноклассников.

Эпизод 2. Дженни. Сеул. «Вы меня просто не знаете»

— Минсу! Проснись и иди ко мне! Минсу-у-у!

Тонкий голосок звал на все лады, не умолкая ни на миг, – и Дженни наконец открыла глаза. Села на кровати, поджав ноги, и потерла припухшие со сна веки. Из распахнутой двери потянуло свежим весенним ветром.

«Кто снова заходил в мою комнату без спроса?»

Минсу – настоящим именем – ее называли только мать и братья. Для всех остальных она была Дженни – звездная солистка K-Pop-группы «Ангелы».

Чей же незнакомый голос позвал ее с улицы?

Озадаченная Дженни поднялась с матраса, брошенного прямо на грубый дощатый пол, и выскользнула из комнаты. И только сейчас поняла, что не представляет, где находится. Она не могла узнать ни этого самого матраса на полу, ни стен, ни дерева за окном. В ее сеульской квартире на двадцатом этаже, конечно, не могло быть такого кошмара.

Дженни растерянно потянула на себя маленькую дверь, обтянутую белой рисовой бумагой, и оказалась в широком коридоре, отделявшем, очевидно, женскую часть от мужской. Кажется, она находилась в традиционном корейском доме – ханоке. Дженни припомнила, что до этого бывала в ханоке лишь однажды – в далеком детстве. Друзья их семьи – тогда отец еще жил с ними – поменяли свои «апарты» на традиционное жилье по непонятной для Дженни прихоти.

Ее воспоминания снова прервал звонкий детский крик.

— Минсу! Ну где же ты?!

Девчоночий голосок звучал уже с угрозой, и Дженни поспешила во внутренний двор.

Дворик оказался небольшим, поросшим низкой, будто недавно скошенной зеленой травой и густо засаженным вишнями. Деревья только начали цвести, и из темной зелени изредка выглядывали праздничные ярко-розовые соцветия.

Прямо на траве у высокого деревянного ограждения восседала девочка лет шести в пышном традиционном ханбоке сочного бордового оттенка^[1]. Подняв глаза на Дженни, она недовольно скривилась.

— Тебя никогда не дозовешься! Даже если прилетит крылатый имуги^[2], чтобы забрать меня в подземную страну, ты не придешь и не спасешь меня!

Изумленная Дженни не нашлась с ответом. Малышка продолжала перебирать пальчиками тонкие тесемки верхней рубашки, однако ей никак не удавалось крепко завязать ее.

— Минсу! Скорее помоги мне! Родители скоро вернутся – сегодня же чусок^[3], а я еще не готова – и все из-за тебя!