Книга Кумир на мою голову, страница 30 – Марина Сергеева

Я ведь была уверена, что информацию об этом несчастном массаже он оставит при себе и только, а он... Макс вот, например, по всей вероятности, остался крайне озадачен этой новостью, если судить по его всё ещё задумчивому виду. Хотя, может, я ошибаюсь и думает он совсем о другом.

Доехав до места, где и будет проходить сегодняшний концерт, мы прошли через черный вход и первым делом проверили на всякий случай инструменты и аппаратуру, чтобы не случилось всяких неприятных неожиданностей перед полным залом людей в разгар выступления.

Дмитрий Николаевич, как всегда, в радостном предвкушении расхаживал по сцене, что-то болтая в микрофон и общаясь с ребятами из технической бригады. Голос его раздавался то здесь, то там, пока я тоже была занята своими делами. В один момент отвлекшись, не заметила того, как он подошёл и положил руку на моё плечо. Тепло и крепко сжал его, а затем протянул мне свой смартфон.

— Скоро начинаем. Давай так, поснимаешь меня сначала на сцене и людей с ракурса сцены, потом выйдешь в зал. Пройдешься внизу, также со стороны зрителей. Буквально песен пять, не больше. И всё, сразу вернёшься обратно за кулисы. Пойдет? Не будем сильно нагружать твою ногу.

Усмехнулся и повторно чуть сжал моё плечо, что не укрылось от внимания Максима и Горшкова, которые стояли совсем рядом. На лице Макса опять воцарилось подозрительно задумчивое выражение, а вот Михаил строго нахмурился, взирая на нас поверх своих очков.

Прочистив горло, я отошла на шаг назад, из-за чего рука Жданова на миг повисла в воздухе. Отвернулась от них и подошла ближе к сцене, якобы выглядывая в зал на уже почти собравшихся там людей. На самом же деле, я хотела лишь поскорее избавиться от всех этих взглядов, которые так сильно на меня давят.

И всё-таки пришлось стремительно брать себя в руки, когда пространство погрузилось в буквально вибрирующую эмоциями и чувствами зрителей темноту. Их нетерпение и еле сдерживаемый восторг ощущался каждой клеточкой моего тела. Впрочем, как бывает на абсолютно каждом концерте.

Переминаясь с ноги на ногу тоже в каком-то радостном предвкушении чего-то необычного, но в то же время знакомого, я быстро вышла в интернет через мобильный Дмитрия, готовясь начать прямой эфир для других зрителей.

Не знаю, почему, но он никогда не разделял свои аккаунты и номера телефонов на личные и рабочие. Всё держит под рукой, видимо, не желая возиться с двумя и более телефонами. Хотя я в их команде как раз таки для того, чтобы снять с них обязанность общаться с фанатами через социальные сети. Именно я занимаюсь этим общением, публикациями и тому подобное, однако иногда у самого Жданова возникает желание что-нибудь поотвечать поклонникам.

Краем глаза замечаю, как мимо проходит сам начальник, но не рискую поднять на него голову до тех пор, пока он не оказывается ко мне спиной. Затем же всё-таки отваживаюсь и провожаю его взором своих глаз. Спокойной, уверенной походкой под красивейший танец софитов он появляется перед хлопающими от радости поклонниками.

Окончательно настроившись, начинаю трансляцию прямо из-за кулис. Снимаю его приветствие и первую в очереди песню, а затем плавно выдвигаюсь на саму сцену, стараясь выделяться как можно меньше. Боком спускаюсь в зал, чтобы уже со стороны зрителей дать всем желающим по ту сторону экрана увидеть Дмитрия в самом процессе выступления. Болтающаяся на шее аккредитационная карточка показывает мою принадлежность к команде Жданова, а чёрная майка, чёрные джинсы и собранные в хвост волосы делают меня не очень заметной. По крайней мере, я на это надеюсь, так как привлекать к себе лишнее внимание совсем не хочется после всех последних событий.