Книга Две измены. Стоп на любовь, страница 9 – Алиса Марсо

— Это ты сейчас так говоришь, — серьезно утверждает подруга, — тебе больно, обидно и ты злишься, но без мужчин все — таки скучно жить. Просто ты не встретила еще своего, настоящего.

— Пусть будет так, — соглашаюсь с подругой, лишь бы она не стала промывать мне мозг и убеждать в своей правоте.

Встаю и иду в туалет. Возле нашего столика сидят двое мужчин и пока я пробираюсь через расставленные стулья, осматривают меня.

Ну вот, далеко ходить не нужно, очередные кобели. На вид статусные, брутальные, с притягательной харизмой, один из них даже такой себе красавчик с хищным взглядом, но пришли сюда по-любому снять девочек. Значит, не обременены ни браком, ни отношениями, а выглядят на тридцать. То есть пора бы уже, но зачем? Легче же раскидывать деньгами и крутить свободными отношениями, меняя раз в неделю, а то и чаще своих партнерш.

Бесят. Все мужчины просто раздражают. У них на лицах написано, что они обо мне думают, когда смотрят.

Все! Табу на мужчин, нет отношениям, да карьере и себе любимой.

Добираюсь до дамской комнаты, освежаюсь и воодушевленная своим решением резко толкаю дверь в зал.

Глухой удар, грохот, чей-то стон и дверь возвращается назад.

Упс. Уже спокойнее выглядываю и вижу, на полу перевернутый поднос, разбитую посуду и официанта, который судорожно извиняется перед каким-то мужчиной.

Становится неловко, решаю подойти и извиниться, а вот за посуду платить не буду. Нечего с подносами под дверями ходить.

— Я прошу прощения, — обращаюсь к мужчине и узнаю в нем того, кто сидел за соседним от нас столиком и рассматривал меня. — Стечение обстоятельств, но в любом случае, извините.

Рубашка мужчины мокрая, кажется, это остатки кофе, он стоит и сверлит меня недобрым взглядом из-под густых бровей. Если бы не эта хмурость, я бы сказала, что он очень красив: темные волосы, голубые глаза, заостренные черты лица и приковывающие внимание мягкие губы.

Но нет, он слишком груб и надменен, чтобы стать в ряд с привлекательными мужчинами.

— Не проблема, — отвечает низким бархатным голосом, а у меня мурашки по рукам бегут. — Иди за вещами, мы уезжаем сейчас.

— Что? — недоумеваю я. — И куда это мы собрались?

— Ко мне. У меня комфортнее. Потом такси тебе вызову.

— Простите, — моргаю часто, — а вы случайно ничего не перепутали?

— Я никогда ничего не путаю. Признала свою вину, похвально, но простым извини не отделаешься.

— Стирать рубашку заставите? — хмыкаю.

— Зализывать ожог будешь, под рубашкой.

После его слов щеки заливается краской. Не от смущения, а от ярости. И кто-то мне еще будет говорить, что в этом мире есть мужчины, которые думают верхней головой, а не нижней?

Покажите.

— А не пойти ли бы вам… Самому себе все зализывать…

Не успеваю договорить, как мое запястье обхватывают мощные пальцы и тянут на себе.

— Ну и что ты ломаешься? Ты же сюда для этого пришла со своими подругами? Упругой задницей покрутить, покруче подцепить и поиметь его на бабки.

От такой наглости срывает все пломбы, и чертик на левом плече вырастает до гигантских размеров.

«Дай ему так, чтобы искры из глаз посыпались!».

Вскидываю руку, чтобы врезать ладошкой по квадратной челюсти, но меня быстро перехватывают, зажимают в стальные тиски, и губы опаляет жаркий поцелуй со вкусом виски.