Книга Две измены. Стоп на любовь, страница 50 – Алиса Марсо

Несдержанно выгибаюсь, поворачиваю голову и невидящими глазами пытаюсь рассмотреть лицо Дениса.

Смотрит серьезно, прямо, по зрачкам стреляет ток, но он ждет, все-таки ждет от меня знака, что можно все.

— А сейчас? — выдыхаю.

— И сейчас есть.

— Какие? — последний вопрос, потому что зависаю на его губах.

— Защитить тебя.

Провожу языком по губам и чувствую, как клитор прошибает мощным импульсом. Стону в голос и этим нажимаю на спусковой крючок.

Денис впивается в мои губы, сминает их и бешеным экспрессом врывается в рот наглым языком.

Следом с катушек слетаю я. К черту все. Я хочу этого мужчину, тянусь к нему, жажду его горячих объятий, ласковых слов.

Обхватываю одной рукой за шею и с полной отдачей отвечаю на поцелуй.

Мы пьем друг друга, словно никогда не пробовали ничего вкуснее, прикусываем, сталкиваемся языками, словно в этой безбашенной ласке заключена вся жизнь.

Короткие вдохи, шумные выдохи, от острых терзаний и беспощадных щипков сосков бежит мучительный импульс. Я сама прижимаюсь ягодицами к стояку в штанах Кравцова и, как голодная, трусь о его пах.

— Анна Алексеевна, я сейчас трахну тебя жестко и быстро, а потом перейдем в спальню, и ты будешь долго и мучительно стонать подо мной до утра.

От этих слов только сильнее завожусь и хрипло стону.

Одним движением Кравцов стягивает с меня штаны вместе с трусиками, раздвигает ягодицы, и я чувствую между ног крупную горячую головку.

Толчок, и она во мне. Еще толчок, и мужчина входит в меня до основания.

Замираем, стонем в унисон, а затем разгоняемся и бешено несемся навстречу друг другу.

Меня рвет на части, от острого, сумасшедшего удовольствия сносит крышу. Скребу ногтями по кафелю, но не могу погасить мучительный пожар во всем теле.

— Денис! — молю я.

Мужчина подхватывает мою ногу, шире раскрывает для себя и глубже вбивается в мое нутро.

— Девочка моя, — мужчина прикусывает кожу на шее. — Дико хочу тебя разорвать.

— Я не против, — двигаю ягодицами навстречу стальному удовольствию.

— Ты никуда не уедешь. Я не позволю.

Толчок, еще толчок. Грань близка, по зубам уже бегает ток.

— Я вынуждена.

— Доверься мне. Теперь ты моя, и никто тебя и пальцем не тронет.

Эти слова как разряд по вершинке клитора. В голове взрывается световая бомба, тело скручивает мощная судорога, из горла вырывается несдержанный крик, и снизу вверх несется сладкая, ударная волна оргазма.

Меня трясет, но сильные руки удерживают от падения.

— Аня-я-я, — хрипит Кравцов, отстраняется, и в поясницу удаляется горячая струя мужской разрядки.

Через минуту нас отпускает, и мы, тяжело дыша, опускаемся на дно ванны.

Сильные руки прижимают к широкой груди, а до уха долетает уверенный голос.

— Не отпущу тебя. А уедешь, найду и верну. Если понадобится, даже силой.

Утро наступает быстро, но только потому, что засыпаем мы за час до рассвета.

Денис твердо дал понять, что отступать от меня не собирается, и уже засыпая, я решаю все же подумать насчет того, чтобы остаться.

Проснувшись, но еще не открыв глаза, я понимаю, что в постели одна. Потягиваюсь, сладкая нега окутывает тело, а по нутру проходится волна полной удовлетворенности.

От мыслей о страстной ночи в груди разливается давно забытое тепло, а по душе — необъяснимое спокойствие.

Поворачиваю голову на место, где спал Денис, и вижу на подушке согнутую пополам записку.