Книга Чашечку кофе, доктор?, страница 15 – Ольга Авдеенко

— Конечно, – сказал сэр Уильям и повернулся к племяннице: – Знаешь, дорогая, я совсем неплохо себя чувствую.

— Ты уверен, дядя?– спросила Патрисия.

— Да, вполне. Думаю, нет необходимости отнимать у врачей время по пустякам, тем более в такой сложной обстановке. Так что, мисс Барлоу, мы, пожалуй…

Тут в широком проеме, откуда был виден больничный коридор, промелькнула высокая фигура инспектора Найта.

— … подождем, – закончил фразу сэр Уильям.

Патрик Хилл явно не обрадовался новой встрече с полицией – а теперь еще и с прессой. Инспектору Найту и Джеку Финнегану пришлось подождать, пока он не отпустит пациента, после чего все трое прошли к кабинету Паттерсона.

Отперев замок, Хилл собрался было уйти, но инспектор остановил его, сказав:

— Я прошу вас задержаться ненадолго.

— У меня очень мало времени, – предупредил врач. – Мне нужно начинать обход пациентов.

— Я это учту.

Они вошли внутрь. Найт велел репортеру оставаться у двери. Хилл, как и вчера, встал у окна, сложив руки на груди.

Инспектор подошел к шкафчику с лекарствами, однако стеклянная дверца оказалась заперта. Он повернулся к хирургу, вопросительно подняв брови. Тот вытащил из кармана халата два маленьких ключика, один положил на письменный стол, а другой протянул Найту.

— Это Паттерсона, – пояснил он, возвращаясь к окну и принимая прежнюю позу. – Я вчера забрал все ключи.

Найт поблагодарил, отпер дверцу и принялся неторопливо перебирать пузырьки и флаконы, внимательно изучая этикетки. Некоторое время Хилл следил за его действиями с мрачным выжиданием и наконец не выдержал:

— Если вы ищете нитрат стрихнина, то его там нет. Я проверил это еще вчера.

Инспектор резко повернулся к нему:

— Вы сразу заподозрили отравление стрихнином!

— Не отрицаю. Поэтому я и сохранил остатки кофе в чашке. Я сначала хотел сам отнести кофе на анализ, но потом подумал: пусть лучше это сделает полиция.

— Почему вчера вы умолчали о своих подозрениях?

— Бросьте ваши полицейские формулировки, – не дрогнул хирург. – «Умолчал»! Я не сказал, потому что не был уверен. Лечение отравлений не моя специальность, хотя, разумеется, теоретически мне известны симптомы и принципы оказания первой помощи. К несчастью, наши попытки помочь Паттерсону запоздали: у него, по всей видимости, был уже не первый припадок. Спасти его было нельзя. Стрихнин действует очень быстро.

— Почему вы подумали именно о стрихнине, доктор Хилл?

— Я наблюдал последний припадок у Паттерсона. И потом, мне знакомы посмертные признаки – характерная поза и прочее: однажды меня пригласили сделать вскрытие, я видел тело в прозекторской. То, что умерший принял именно стрихнин, полиции уже было ясно из его записки. – Врач помолчал и добавил: – Это был самоубийца.

— Самоубийца, – Найт ухватился за это слово. – Вы допускаете возможность того, что доктор Паттерсон сознательно принял яд?

Хилл решительно отверг это предположение:

— Абсурд! С какой стати?!

— Например, из-за того, что он никак не мог сделать выбор между своей женой и другой женщиной.

— Вздор! – фыркнул хирург. – Ни один мужчина в здравом уме, а тем более врач, не станет из-за этого травиться! А у Паттерсона была светлая голова.

— Так вы знали о его любовных связях в больнице?

— Его личные дела меня не касались, – огрызнулся Хилл.