Онлайн книга «Искатель, 2010 №2»
|
Он схватил трубку напугавшего его своим звонком телефона. Она. Рассказала про свою беспокойную ночь. Он был сосредоточенно лаконичен. Не говорить же ему, в конце концов, что жена последними ласками своими будто над-тронула что-то давно уже остывшее в душе, заставила его подсознательно вернуться памятью в далекое их прошлое... 18 Они договорились о встрече. Покачиваясь на заднем сиденье чавкающего по мокрой и разжиженной дороге автобуса, Игорь лизал свои губы, шелушащиеся жесткой накипью: «Ну и дал же ты им волю...» Все чаще приходили мысли о жене. Столько забот у нее сейчас. Увидел Регину в одной курточке, спешащей через площадь, и забыл про Людмилу. — Рассказывай! — певуче сказала Регина. Он загородил ее собой от летящих снеговых пушинок и не отпускал до тех пор, пока она сама, вырвавшись, не замахала, обдувая лицо рукой. Привычно уже направились в университет, но тот оказался закрытым. Осторожно вошли в дом с колоннами, где в одном крыле размещалась библиотека, а в другом — арбитражный суд. Свернули в развилки темных судейских коридоров. Целуя ее, он с удивлением вдруг начал ощущать липкую пустоту, которая и пугала его, и вызывала раздражение, обеспокоенность... Полнота ощущений, которой так долго добивался, не приходила. Он уже чуть ли не с озлоблением встречал мягкие и зовущие губы по-прежнему чужой женщины... — Мне пора! — На последнем слове она жестко оттолкнула его острыми локтями. Расстались у массивных колонн. Игорь по белому безлюдью заспешил домой: не случилось ли что?! Жена встретила его с любопытной живостью на лице. — Не узнаю тебя. То ты такой отрешенный от всего на свете, а то... будто обновление в тебе непонятное происходит. И глаза по-другому светятся... — Постой! Уж не ревнуешь ли ты меня?.. — Скажешь тоже... — Она вышла с явным смущением на лице. «Ох уж это женское чутье! Я себе ничего и не позволил, а она уже...» 19 Ворочался... Думал, не уснет... Потом словно провалился в глубокую черную яму. И никаких сновидений. Встал тяжело, с чугунно гудящей головой. В глазах почему-то возник приснившийся еще прошлой ночью певец, потерявший голос. Рот раскрывает, морщится, кривится, а слов его так и не слышно. Жена не поднялась. Завтрак пришлось готовить самому. Легко сказать... Обиженно надул губы. «Ну и пусть. Хотя зря она так. Сама ситуация теперь его толкает делать любой выбор». Невольно зажмурился. Ехал на работу и удрученно смотрел на размазанную грязью дорогу. На слякотные тротуары. Накануне было белым-бело. А теперь?.. Нет, Регину он уже не бросит... На планерке у директора встретился с бегающим взглядом Ильича. Тот, облизнув свои вечно жирные губы, подмигнул. «Дело, видимо, с мертвой точки сошло», — подумал Игорь о Муле Захватовне. И вдруг почувствовал в себе подступившее из глубин самых густое надсадное зло: «Дармоеды! Палец о палец не хотят ударить. Сами при галстучках, а тепличницы по колено в грязи. В этой душегубке последние силы и здоровье теряют. А еще хотят и комбинат к рукам прибрать. Так и будут на чужих хребтах жизнь свою строить. Аты, юрист дерьмовый, во всем им потакаешь...» Стало в который раз противно. Чуть не выругался вслух. С планерки вышел первым. Глаза черные от ярости. Без всякой охоты вернулся в свой кильдим-кабинет. Тут же позвонила жена и спросила: |