Онлайн книга «Искатель, 2010 №2»
|
Отдавая, неловко поцеловал. Она чуть откинулась назад. — Люди же вокруг... Могут увидеть... Улыбнулся: — Погуляем?.. По зубасто-клавишной лестнице спустились на набережную. Мимо, кружа в водоворотах и малых зеленых бурунчиках, плыли палки, какие-то ветки... Было так хорошо и светло на душе. Ни мысли о работе, о дурацкой краже... — Зябко! — подалась она к нему. Под ногами закачалась земля. Где-то на бугре взлаяли очумелые псы, а по мосту прошелестели шинами полупустые троллейбусы. Он обнял при дневном свете, отпустил — при лунном. — Тебе пора, — сказала она с вопросительной ноткой в последнем слове. Он снял с поручня спекшийся комочек снега и протер им свою надкушенную губу. — Улика? — озорно сощурила она глаза. Дома Игорь растянулся на диване. Счастливо разбросал руки по сторонам, словно не замечая ходившую тенью по углам квартиры жену. — Ну и как там на работе? — спросила она. — Все о'кей! — Звонила я несколько раз. Никто не ответил. — Задержался в администрации... Нудные пошли начальники. Отвечал легко, как бы с лету парируя вопросы. Машинально снял с полки томик Бунина, раскрыл на рассказе «Солнечный удар». Когда пробежал глазами заключительную фразу: «...он постарел на десять лет», — подумал: «А я, может, помолодел?..» Еще бы! Ведь он давно уже забыл, когда последний раз так волновало его чувство, как теперь. То, что произошло у него с этой женщиной, — напоминало немой и ослепительный вскрик молнии... Когда, уложив сына (бабуля уехала к себе домой), рядом легла жена, он подсунул ей под голову руку и кончиками пальцев погладил плечо. Долго потом, закрыв глаза, нежно теребил волосы, прижимал упругое и податливое тело. И жена не могла понять этой неожиданной его вспышки... Веки его были сомкнуты и дрожали. Утром она тихо напомнила: — Надо Вовку отвезти на опознание. 11 Уже в отделе увидел у перегородки из металлических прутьев жену и сына. — А мы уже тебя... — Да работа замумукала. Заглянули в кабинет опера, где две бабули листали объемный журналище. «Свидетели по кражам», — подумал Игорь Сергеевич. Бабули ушли, и к столу подсели сын и жена Игоря Сергеевича. — Как звать? — Шархан, чиркнув спичкой в глубине сейфа и прикурив, первым спросил мальчика. — Вова. — Так вот, Вова-Мова! — густо выдохнул дымом вверх. — Даю тебе альбом. В нем разные не очень хорошие люди... Кого вдруг узнаешь, покажешь мне. Вовчик утвердительно кивнул и потащил фотоальбом на коленки. Стал листать. На чуть размытых отпечатках изображены какие-то дяденьки и — пореже — тетеньки... — А это вот Петька соседский... — Он что, с сумками выходил? — насторожился опер. — Нет, просто в нашем дворе крутится... — Известная шантрапа, — недовольно произнес Игорь Сергеевич. Опер взял фамилию на заметку. Лист утолкал в пухлый том дела. Игорь Сергеевич тоже вглядывался в лица на карточках. Никого не узнавал. Хотя воров в бытность следователем насмотрелся. Многих помнил и сейчас. Неожиданно увидел знакомую физиономию. Этого мытаря-домушника он тоже упек в места не столь отдаленные... Взяли этого рецидивиста на следующий день сразу после его возвращения домой с очередной отсидки. Патрульная машина подхватила и привезла в отдел подозрительного мужчину с мешком. Когда того уже было собрались отпускать, по телефону сообщили о квартирной краже. Расследовать дело поручили Игорю. Оно оказалось совсем простым. Вор даже не стал отпираться. За всей кажущейся легкостью этого признания чувствовался явный надрыв человеческой души со сгустками раздирающей боли, с отчаянной безысходностью жизни... Когда следователь осуществлял дома у задержанного процедуру имущественного ареста, у него просто рука не поднялась занести в официальный реестр скудное барахлишко. |