Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 121 – Роберт Кеппел

Взглянув на фотографию тела Дивайн, Тед заговорил гипотетически, как обычно делал, когда мы подбирались слишком близко к его делам^[15].

— Ну очевидно, что на ней была одежда. Конечно, это было десять-одиннадцать лет назад, и его привычки могли меняться, пока он выяснял, что работает, а что нет… но то, как разрезаны джинсы, – это что-то уникальное.

— Что вы думаете о парне, который мог сделать такое? – осторожно спросил Дейв.

Тед собирался раскрыть важную концепцию, которая в то время еще не была описана ни в одной литературе по криминалистике. Эта концепция расстроила бы приверженцев принципа modus operandi, тех, кто считает, что характеристики одного убийства должны повторяться в другом, если оба убийства совершены одним и тем же человеком

— Если он способен на это, – сказал Тед, – то у него было десять лет, чтобы менять свой modus operandi и свои… как бы вы их ни назвали… фетиши, ритуалы, фантазии. Они меняются. В какой-то период он мог забирать одежду, в другой – нет. Мог использовать определенное насилие, потом изменить его. В этом нет сомнений.

Дейв подыграл гипотетическому тону:

— Но допустим, что это сделал наш преступник с Грин-Ривер, но, как вы и сказали, его почерк отличается. Что тогда было у него на уме, исходя из ваших впечатлений от фотографии?

— Да тут и отталкиваться-то не от чего, – жалобно сказал Тед.

— У вас есть порванные или порезанные джинсы, – указал Дейв.

— О да. Это странно. И причины странные. Я не знаю, что показало вскрытие – сперма, биологические следы… но джинсы порезаны как-то… неправильно. Почему так? Не думаю, что они разорваны – скорее разрезаны. Разве что он сделал с ней что-то перед тем, как оставил, а потом вернулся и разорвал, чтобы сделать это снова. Но понять трудно. Он ведь явно контролировал ситуацию, ему не нужно было спешить. Так что – да, странно.

До этого момента действия убийцы – разрезание джинсов и нанесение увечий – классифицировались Тедом как странные. Но куда страннее было наблюдать, как серийный убийца рассматривает фотографию с места преступления, которое – в теории – мог совершить и он сам. Движимый все еще живой сексуальной страстью, Тед будто проецировал свои собственные мотивы на воображаемого убийцу – того самого «фантома», что, как мы считали, скрывается где-то в лесах Тихоокеанского Северо-Запада.

Тед Банди был в полном восторге, когда описывал, как Убийца с Грин-Ривер мог избавляться от своих жертв. Когда он говорил о местах захоронения, по его телу пробегала дрожь возбуждения, которой не было, когда он обсуждал места похищений. Его быстрые жесты и резкие движения, которыми он подчеркивал свои мысли, выдавали особую одержимость именно захоронениями. Казалось, будто он сам бывал в таких местах и смаковал каждую деталь. Эти моменты ясно показывали: Банди и Ривермен разделяют одно и то же мрачное влечение к телам своих жертв. И именно поэтому Банди столь точно улавливал, как Ривермен выбирает, где прятать трупы, – опираясь на тот самый «здравый смысл», который формируется только долгими годами проб и ошибок.

Тед начал разговор о местах захоронения осторожно, подчеркнув, что многое – догадки:

— В центре Сиэтла нет места, куда можно тихо свозить тела пропавших проституток. Значит, он выезжал, скорее всего, на I–5 и уходил на юг. А дальше – сбрасывал жертв на примыкающих дорогах. Как с Долорес Уильямс у Стар-Лейк-роуд.