Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 104 – Роберт Кеппел

Тед приоткрыл ту дверь, за которой мы так хотели увидеть хоть отблеск истины – что движет серийным убийцей? Дейв и я почти одновременно спросили:

— Как вы думаете, что его мотивирует?

Тед приготовился к лекции: откашлялся, приложил палец к виску – как будто готовился прочитать лекцию.

— Он активный убийца, – произнес он почти торжественно. – И, как бы глубоко он это ни прятал, он знает, как у него самого развилась эта модель поведения. Очевидно, он начал не седьмого июля восемьдесят второго. Он чувствовал в себе тягу к убийству задолго до этого.

Он замолчал – слишком хорошо понимая, что говорит о себе, а мы понимаем это о нем. Дейв мягко подтолкнул:

— Говорите. Мне действительно интересно.

Тед пожал плечами.

— Это только предположение. Чисто наблюдение. Есть бесконечное количество путей, по которым человек может прийти к уничтожению другой жизни. Единственный шанс понять их – изучить самого человека. И то – кто знает. Но очевидно одно: связь между сексом и насилием у него сильная. Посмотрите на количество проституток и то, в каком виде их находят. Наше общество, СМИ иногда само подталкивает к тому, чтобы эти две вещи смешивались.

Тед обмолвился, что у него есть несколько идей, как, раскручивая мотивы, можно подтолкнуть подозреваемых к ошибке, но тут же отметил, что говорить об этом пока не намерен. И продолжил:

— Думаю, он выбрал проституток осознанно. Решил, что они – его добыча. Может, он что-то имеет против них. Меня, честно, удивляет другое: у него нет расовых предпочтений. Он убивает всех подряд – и белых, и черных. Это странно. Обычно у убийцы все-таки есть определенный типаж жертвы. Здесь – нет. Значит, движет им не типаж, а сама одержимость.

Теперь он говорил быстрее, увлекаясь анализом:

— Внутри у него это желание вспыхивает и угасает. Это видно по вашей хронологии. Снаружи влияют самые обычные вещи: шум в прессе, ваша оперативная группа, сломанная машина, проблемы на работе, болезнь – все, что выбивает человека из колеи. Вот почему в серии есть пробелы. Ноябрь восемьдесят второго. Январь – февраль восемьдесят третьего. Может, болел. Может, машина сломалась. Может, убил еще кого-то, но вы об этом пока не знаете. Или, скажем, когда он убил Коллин Брокман, кто-то его увидел, и он отступил – чтобы посмотреть, чем это обернется. Иногда пробел – это испуг. Иногда – удобный момент. Иногда – просто пауза перед тем, как он снова почувствует уверенность…

Теда иногда приходилось прерывать – он начинал расплываться в рассуждениях. Видя, что он вот-вот уйдет в сторону, я вмешался:

— Что вы скажете насчет его паттерна?

— М-м… что? – пробормотал он, словно выходя из транса.

Мое терпение лопалось.

— Паттерн. Может, мы ошибаемся, думая, что он вообще есть?

Тед встряхнулся, собрался и ответил:

— О, конечно. Не стоит зацикливаться на паттерне. Я бы не стал ограничивать свой анализ утверждением: «Вот он, паттерн».

Я решил, что теперь ему нужно больше вербальных подтверждений, и время от времени говорил «да», чтобы удерживать его в русле.

Тед продолжил:

— Потому что это сужает варианты, а он не хочет быть предсказуемым. Такой может оказаться кто угодно. Кем бы ни был Ривермен – он хладнокровен и, в общем, выглядит нормальным парнем.

Меня передернуло: слышать, как Банди называет серийного убийцу «нормальным парнем», было неприятно. Но я понимал, что он говорит о видимой, внешней нормальности, а не о сути.