Книга Узы Геркулеса, страница 197 – Жасмин Мас

Крики не стихали.

Наконец мы трое столкнулись.

— Нам нужно немедленно телепортироваться на виллу. Это срочно. Комната Елены! – протараторила я.

Август кивнул и схватил нас обоих.

Мир исчез.

— Церера, – обеспокоенно позвала я, едва мы приземлились на розовое кружево. – Патро о тебе знает!

Но дверь в соседнюю комнату оказалась открыта, и оттуда доносились крики.

Мы опоздали.

Алексис

Дым завивался зловещими клубами.

Свет звезд лился сквозь вытянутые окна, за которыми виднелось озеро Комо в объятьях горного хребта.

Словно в замедленной съемке я вбежала в соседнюю комнату.

Я резко остановилась, проскользив по полу среди раскиданных вокруг книг. Харон и Август напоролись на меня и замерли по обе стороны, касаясь моих рук. Мы втроем разглядывали развернувшуюся перед нами сцену.

Странные символы пестрели на стенах, повсюду валялись книги, вырванные страницы с разрисованными полями.

Мужской голос что-то грубо крикнул.

— Плохи дела, дитя, – прошипела Никс с моего плеча.

Я повернулась в сторону шума, глаз и бок отозвались болью – в углу комнаты стояло три человека.

Церера прижала левую руку к телу, пряча ее под широкими рукавами фиолетовой футболки-оверсайз.

Ее щеки раскраснелись от гнева.

Патро рычал ей в лицо, правой рукой прижимая ее к стене.

Они стояли впритык друг к другу и кричали.

Ахиллес напряженно стоял за Патро, скрестив руки на груди.

Хоть Церера успела набрать здоровый вес, на фоне Патро ее пышная фигура казалась миниатюрной.

— Змеиная мразь, – безжалостно рычал Патро, глядя на Цереру сверху вниз.

Взметнулась фиолетовая ткань, раздался громкий шлепок. Мы все ахнули: она ударила его по лицу.

Патро прикоснулся к своей окровавленной губе.

— Ах ты сука.

Ахиллес оттеснил Патро назад в защитном жесте.

— Уж лучше быть сукой, чем трусом. – Церера вздернула бровь и встала на цыпочки, чтобы взглянуть на Патро через плечо Ахиллеса. – Ты только и знаешь, что прятаться за его спиной. Он прям твой маленький сторожевой пес. Ты вечно припираешь меня к стенке и обвиняешь в том, о чем я даже не знаю.

На «маленьком» Ахиллес расправил плечи. На «псе» хрустнул костяшками.

Погодите, Патро уже припирал ее к стене?

— Ты даже не представляешь, на что я способен, – оскалился Патро. – Как ты смеешь говорить с ним таким тоном?

— Как ты смеешь… – перебила его Церера, – разговаривать со мной таким тоном, будто можешь решать за меня?! Кто тебе разрешал врываться сюда и обвинять меня в?..

— Я не обвиняю, – возразил Патро. – Я знаю, кто ты. Я всегда знал, что ты мерзкая сраная лгунья, которую нужно…

— Ты дурак или притворяешься? – указала на него Церера. – Осторожно, предопределение не щадит тех, кто плюет в лицо людям с даром предвидения…

— Я о таких, как ты, знаю все, – сказал Патро, и на мгновение его лицо исказила тревога, но он быстро взял себя в руки.

Церера смерила Ахиллеса взглядом, как будто думала, стоит ли с ним драться ради возможности ударить Патро снова.

Ахиллес вздернул бровь, предлагая ей рискнуть.

— Что здесь происходит? – хлестким, словно удар хлыста, тоном спросил Август.

Его голос привел меня в чувство.

— Отойди от н-нее, – потребовала я.

Ахиллес отступил назад, но Патро бросился вперед, и сердце замерло у меня в груди: он вцепился пальцами в ее волосы.