Книга Не та героиня этой дорамы 1, страница 76 – Дада Смехова

Не окликнули.

Не попросили представиться.

Нет. Это было быслишком гуманно.

Меня решилисначала утопить.

Я начала бороться.

Я моментально запуталась в своих же волосах — их, как назло, оказалось слишком много. Они лезли в лицо, в рот, в нос, липли к глазам, наматывались на пальцы и категорически мешали отбиться от той самой душащей руки.

Я вцепилась в его руку, пытаясь оторвать её от своей шеи, коленями скребла по дну ванны, пытаясь хоть как-то подтолкнуть себя вверх, вылезти из воды — и очень отчётливо понимала: воздуха катастрофически не хватает.

И вот в этот момент особенно ясно осознала, зря я, интеллектуалка года, решила сыграть в «нырнул — и ты невидимка». Надо было сразу вынырнуть с улыбкой стюардессы и сказать: «Добрый вечер, я не любовник, я просто местная служанка».

А сейчас, похоже, меня всерьёз приняли за того самого запретного возлюбленного, которого я несколько минут назад так вдохновленно разыгрывала в нашей импровизированной сценке.

Браво, Оскар за лучшую смерть в ванне мне обеспечен.

Но, видно, судьба сегодня решила не добивать меня до конца. Меня резко дёрнули вверх. Больно.

Рано я, значит, решила записать этого товарища в Лизкины возлюбленные: персонаж явно сырой, его еще редактировать и редактировать надо.

Я ещё сильнее вцепилась в ту самую руку, которая меня душила и всё ещё перекрывала доступ к воздуху

Меня поднимали всё выше и выше; если пять секунд назад главной проблемой была полная нагота перед принцами, то теперь приоритеты расставились сами собой: нагота подождёт, кислород — нет.

Мало того что меня душили, так я ещё и сама пыталась случайно удавиться собственными локонами — универсальное оружие массового поражения, блин.

Можешь уже отпускать, спасибо.

Дальнейшее самоуничтожение я организую самостоятельно: система отлажена, резервов хватает, внешний подрядчик больше не требуется.

Я пыталась оторвать руку от своей шеи, кто-то явно тоже пытался мне в этом помочь: шла настоящая борьба, толчки, рывки, Лизка где-то рядом причитала высоким сопрано, но я ничего толком не видела и почти не слышала. Вода была в ушах, в глазах и, судя по ощущениям, уже успешно добралась до мозгов, превращая их в кашу.

— Отпусти её, Лицюнь! — уже кричал Четвёртый. — Это служанка принцессы!

Спасибо, капитан Очевидность, вовремя ты.

Вот он, момент истины, звёздный час всей твоей хвалёной «защиты».

Спасай свою фальшивую любовь, пока ещё есть кого спасать.

Но меня всё равно тянули всё выше, уже над водой. Я нащупала ногами деревянные ступеньки внутри бочки и начала по ним карабкаться, хотя со стороны это, уверена, выглядело как предсмертные судороги особо упитанного осьминога на суше.

Хватка на шее ослабла, зато теперь меня тянули вперёд, прямо за край ванны.

Я очень отчётливо поняла: сейчас перевалюсь наружу.

Шансов удержать равновесие не было: глаза залеплены волосами, руки заняты освобождением шеи, но, слава всем местным богам, я наконец-то вдохнула.

Руку отдёрнули резко, прихватив с собой приличный клок моих волос в качестве трофея.

Я со всего маху врезалась ногами в край ванны и вылетела наружу идеальной дугой, доказав тем самым, что законы физики в этой империи работают безупречно, особенно закон всемирного тяготения.

К счастью, на этот раз пол меня не дождался.