Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 124 – Дада Смехова

— Ну… просто мельче у меня пока не получается писать, — боевой задор начал угасать, и мне вдруг показалось, что идея с письмом была глупой. — Всё, отдай! — я потянулась, чтобы забрать листок. — Это черновик, я перепутала. Давай сюда, это вообще не тебе!

Но Шенли ловко завел руки с запиской за спину. — А кому? — на его губах заиграла улыбка, которую он тщетно пытался скрыть, и это начало меня злить.

— Никому! Отдай! — я сделала шаг к нему, он тут же отступил назад, не разрывая дистанции.

— А есть ещё… черновики? — вдруг спросил он, косясь на мой стол.

До меня мгновенно дошло, что сейчас этот ценитель высокого искусства пойдёт критиковать мои остальные каляки-маляки. Я резко метнулась к столу — ведь то, что было у него в руках, являлось моим абсолютным каллиграфическим пиком! Но добежать я не успела: Шенли ловко перехватил меня за талию, притягивая к себе.

— Не смотри! — зашипела я и попыталась ладонями закрыть ему глаза.

Он лишь тихо рассмеялся, крепко прижимая меня к своей груди, и целенаправленно потащил обратно к столу.

— Мне очень интересно, какие ещё тайные послания написала эта принцесса, — хмыкнул Шенли.

Он приподнял меня за талию и донес до стола, поставив перед столом. Возмущенно вздохнув, я развернулась к нему лицом, расставив руки и закрывая собой доступ к столу. Но этот хитрый лис умудрился нависнуть надо мной сверху и, вытянув длинную руку, выудил лист совершенно не с той стороны, где я ожидала. И вытянув руку на всю длину начала читать

— «Я жду»… нет, «я жду, жду, жду, жду, жду»… — Шенли откровенно забавлялся.

— Да я просто тренировалась писать этот иероглиф, а не ждала тебя до посинения! — вспыхнула я, пытаясь отобрать бумагу.

Но он уже потянул следующий лист: — «Приходи, приходи, приходи»… Хм, похоже на заклинание…

Шенли потянулся за третьим черновиком. Поняв, что оборона стола провалена, я изо всех сил упёрлась ладонями ему в грудь, заставляя остановиться и отойти от стола.

— Я просто тренировалась писать! — выдохнула я, чувствуя, как краснеют щёки. Ну что за издевательство!

— И у тебя неплохо получается, — хмыкнул он и потянулся за очередным компроматом. — О, а вот здесь действительно тайное послание…

Шенли с искренним любопытством выудил ещё один листок и уставился на него, сощурив глаза. Я испуганно заглянула через плечо и похолодела. Блин! Это же тот самый листок, где красовалось корявое «Катя + Шенли» и кривое сердечко!

— Это моё, отдай! — взвизгнула я, отчаянно махнув рукой, но схватила лишь воздух.

— Что это? — Шенли озадаченно переводил взгляд с загадочных букв на меня.

Я от жуткого смущения поспешно опустила глаза. Мне казалось, что он прямо сейчас всё поймёт, особенно глядя на это дурацкое сердце.

— Ничего! Отдай! — я оттолкнула его и резко развернулась пытаясь выхватить бумагу, но Шенли вытянул руку ещё сильнее, полностью блокируя мои попытки, и навалился сзади, буквально прижимаясь своей грудью к моей спине. Я всё ещё отчаянно тянулась рукой за бумагой, а он, опершись свободной рукой о столешницу, преспокойно принялся изучать мои каракули дальше, вслух читая то, что мог разобрать:

— «Я, я, я, я… жду… жду… жду»… Так, это я уже понял. «Тебя, тебя, тебя, тебя»… Потом какой-то непонятный знак и совершенно загадочные иероглифы, — он забавно хмыкнул, явно намекая на мои русские буквы. — О, а вот здесь снова: «Я жду тебя, приходи». А тут, кстати, уже неплохо получалось…