Книга Громкий шепот, страница 78 – Мари Милас

— Да ты издеваешься, – тихо рычит Леви на ухо Лиама.

И по ходу, их нарушил не я один. Не знаю, чем вызвана агрессия Леви, да и в целом это меня не касается, поэтому мой интерес возвращается к Валери. К тому, как двигаются ее губы, к руке, все еще лежащей у меня на бедре, и волосам, щекочущим мою шею.

Знаю, что нельзя привыкать к этим приятным ощущениям, но все равно привыкаю. Я уже не улавливаю нить разговора, мне просто нравится быть здесь вместе с ней – в окружении этих людей, включая даже Лиама.

— Ее звали Хлоя Морец, и она была мной одержима, – слышу я слова Нейта, адресованные Аннабель, которая до этого рассказывала о любовных похождениях Лиама в старшей школе.

— Ее звали как актрису? – удивленно спрашивает Валери, ерзая на моих коленях.

Думай о чем-нибудь, кроме ее задницы.

Лучше буду думать о Нейте.

— Ее фамилия Моррис, а не Морец. И ты преувеличиваешь, – вступаю я в диалог.

— Я помню эту девочку, – с улыбкой произносит Грейс. – Ее волосы могли составить конкуренцию Рапунцель, и она была очень милой. Чудно´й, но все же милой. Закройте деткам уши, – командует она. – А ты был куском дерьма. – Грейс обвиняюще указывает пальцем на Нейта.

— Я защищался! – сокрушается он. – Мне казалось, что в какой-то день она загонит меня в угол и изнасилует.

Возможно, Хлоя иногда перегибала палку, но уж точно не планировала его насиловать. Она просто была влюбленной девочкой, которая пыталась защитить его от самого себя, и сейчас, всматриваясь в глаза Валери, я ее прекрасно понимаю.

— Слава богу, Хлоя переехала в другой город, – продолжает Нейт. – Иначе она бы обломала все мои завоевания женских сердец. А я не мог упасть в грязь лицом. Только посмотрите на это. – Он снимает очки, которые иногда носит, и обводит рукой свое лицо. – Это создано для поцелуев.

Лиам дает ему пять, а я просто вздыхаю, потому что в его словах слишком много лжи.

— Фу, вы такие противные, – кривится Аннабель.

— Нейт, ты испачкался в торте, иди умойся, – замечает Валери, и все фыркают от смеха.

Он громко цокает.

— Ты такая злюка, Валери.

— Какая есть, – пожимает она плечами.

И мне это нравится.

* * *

Я провожу за работой весь оставшийся вечер и составляю судебные монологи для нескольких заседаний, которые пройдут у меня на этой неделе. К сожалению или счастью, недостаточно одного знания права и законов, чтобы апеллировать. Мне необходимо разбираться во всех сферах: психология, искусство, история и многое другое. Нельзя смотреть на ситуацию под одним углом и резюмировать только факты. Существует мнение, что адвокаты сухи на язык, и я с ним не согласен. Наоборот, насколько красочнее и глубже твой монолог в зале суда, тем больше вероятность оправдать своего клиента.

Мы ищем лазейки не только в законе, но и в душах присяжных, судей и прокуроров. Я выигрывал множество дел, взывая к гуманности и милосердию людей. Подобно игре в крестики-нолики, обыгрывал всех, оставляя пустыми самые привлекательные для очередного хода клетки поля. Но впервые я понятия не имею, какое место займет следующий крестик, оставленный Алексом. Это выводит меня из себя и заставляет покрываться испариной.

Я спускаюсь вниз, чтобы проветриться, и застаю Валери за просмотром какого-то видео на телевизоре. Женский голос устрашающим тоном рассказывает историю под мелодию из фильмов ужасов. Валери прячется под одеялом, обняв Брауни, но все равно периодически выглядывает, чтобы посмотреть одним глазом на экран.