Книга Громкий шепот, страница 167 – Мари Милас

— Очевидно, что это девочка. – Моя жена улыбается своей самой лучшей улыбкой. – Посмотрите на эти черты лица и эти кучеряшки. А еще ямочки, прямо как у… тебя, Нейт.

Друг стонет, как побитое животное.

— Ты не заглядывал в ее подгузник, не так ли?

— Куда? – шепчет он.

Валери аккуратно отстегивает ремни безопасности и пытается взять малыша или малышку. Сейчас узнаем.

Нейт вскакивает с дивана и перехватывает инициативу.

— Я сам.

Он буквально весь дрожит, когда берет ребенка на руки, словно в его ладонях бомба с часовым механизмом, и смотрит на него с выражением лица, которое я не могу расшифровать.

— Нужно снять штанишки и расстегнуть боди, а затем…

Нейт прерывает ее:

— Секунду, просто секунду… Господи, почему она такая легкая? Это нормально?

Он уже обращается к ней, как девочке.

— Это нормально, – успокаивающе произносит Валери, пока я напряженно наблюдаю за каждым движением Нейта.

За каждой его эмоцией, потому что сам не могу совладать со своими чувствами. Это… просто гребаный шок.

Нейт раздевает ребенка, заставляя нас лицезреть пухлые ножки с перетяжками и розовые крохотные пятки. Мне кажется, что я сейчас упаду в обморок, хотя это даже не мой ребенок. Брауни с интересом наблюдает за всей картиной, прижимаясь к моей ноге.

— Это девочка, – заключает друг.

Моя жена – экстрасенс.

— Где ты его нашел? То есть ее, – быстро исправляюсь я.

— На пороге, – горько усмехается он. – С долбаной запиской: «Это был лучший секс в моей жизни».

— Ты знаешь, кто мог принести ее?

— Понятия не имею.

— Ты… думаешь, это твой ребенок? – нерешительно спрашиваю я.

Валери очередной раз закатывает глаза, словно ее утомляет наша тупость.

— Она как две капли воды похожа на него, – указывает на Нейта. – Макс, заставь свой мозг работать, ради бога.

Я плюхаюсь в кресло, выдерживаю молчание и действительно заставляю свое серое вещество функционировать.

— Нужно снять материалы с камер в твоем районе. Допросить соседей, охрану. И сделать тест ДНК, это не обсуждается, – безапелляционно произношу я. – Ребенка следует отвезти в больницу и проверить на все заболевания. Взять отпечатки с автолюльки и других вещей и…

— Нет, – качает головой Нейт, – ее не будут исследовать, как лабораторную крысу. – Он встречается со мной измученным взглядом. – Не могу это объяснить, и ты, наверное, посчитаешь меня сумасшедшим, но я уверен, что она моя. Это невозможно не ощущать, не знаю…

Валери обнимает его со спины, когда у него не хватает сил, чтобы совладать с речью.

— Хорошо, как скажешь, – киваю. – Мы поддержим любое твое решение.

Нейт бросает взгляд на Валери и произносит:

— Ты можешь пока поулыбаться ей? Мне нужно поговорить с Максом.

Валери протягивает руки, он медленно и нехотя передает ребенка.

С ума сойти. Это самый быстрый отцовский инстинкт, существовавший когда-либо в мире.

Валери что-то напевает малышке и удаляется в кухню. Брауни, виляя хвостом, как крыльями мельницы, бежит за ними.

За мгновение Нейт рассыпается на части, оседая на пол. Я быстро оказываюсь рядом с ним, как и всегда это делал.

— Ей опасно быть рядом со мной. Я не справлюсь. Я сам с собой не справляюсь, – раскачивается он в моих руках.

— Ты справишься. Всегда справлялся. Мы будем рядом.

Мерзкое чувство крадется в моей душе, напоминая о том, что я так хотел верить в брата, родного по крови, когда у меня и так был и есть брат, родной по душе.