Книга Финишная черта, страница 81 – Мари Милас

Я откашливаюсь.

— Да, я надел ей носки. – В моей груди вибрирует смех от взгляда, которым награждает меня Аврора.

— Настоящий джентльмен. А что с травой?

— Выкурил. Хороший товар, спасибо.

Аврора уже вся красная оттого, что сдерживает смех.

— Уильям! Перестань придуриваться. Не думай, что если мне уже за шестьдесят, я не могу добраться до тебя в другой стране. Мои суставы все еще подвижны, в отличие от твоего деда. Этот несносный мужчина опять не выпил свои таблетки с утра. Мне что, ходить за ним, как няньке? Зато он не забыл выкурить свою дрянную сигару. Выброшу их все к чертовой матери.

Я слушаю ее монолог, далекий от канонов этикета, и устало потираю лицо.

— Ты знаешь, что у него всегда есть заначка в каком-нибудь тайнике.

— Вчера я нашла две сигары в камине в бордовой спальне. Помнишь, те, что ему дарили на юбилей? Я их выбросила. Так вот, вопрос: он что, рылся в проклятой помойке? – Она почти верещит от гнева.

Мы с Авророй весело хмыкаем.

— Знаешь, если бы журналисты добыли эту новость, наша семья была бы на первой полосе.

— Ага. «Герцог Рассел, страдающий деменцией, выбросил в мусор свой мозг и пытался его там безуспешно отыскать». Звучало бы примерно так. Не важно, что у Аарона нет деменции, но важно, что он действительно не может отыскать свой мозг.

Я почесываю бровь.

— Не притворяйся, что не любишь его.

— Конечно, люблю. Кто полюбит этого раздражающего старика, кроме меня? – причитает бабушка.

Я встаю, беру стакан с травяным отваром, который действительно заварил по ее указаниям, и протягиваю Авроре. Мне пришлось обойти три аптеки, чтобы найти это загадочное лекарство.

— Пей, или она сама придет сюда и вольет это в тебя, – шепчу я, отведя телефон в сторону.

— С чего она вообще решила, что это поможет? – ворчит Аврора шепотом.

— Она может быть герцогиней, но она все еще бабушка. А бабушки знают все. Еще аргументы нужны? – Я подношу стакан к ее губам.

— Вернемся к актуальной теме: что с травой? – Бабушка не собирается сдаваться.

Я приподнимаю брови, глядя на Аврору, словно говоря: «Тебе лучше это выпить».

Та морщится, но все же делает глоток.

— Она выпила.

— Хорошая девочка, не то что вы, мужчины Рассел.

Аврора улыбается и кивает, подтверждая слова бабушки.

— А я-то что сделал? – возмущаюсь в ответ.

— Пока что ничего, но обязательно что-то сделаешь. – Уверен, она элегантно взмахивает рукой и плюхается в свое любимое кресло. Судя по тявкающему звуку, выгоняет оттуда Чими, своего золотистого шпица.

— Эмма сказала, что лечила этой травой цистит у всех своих девочек.

Эмма – наша экономка, работающая на семью еще до моего рождения. У нее три дочери, и теперь я почему-то знаю, что они тоже страдали от цистита.

— Бабушка, я рассказал тебе по секрету. Не обязательно было посвящать в это всю усадьбу.

— Я сказала только Эмме!

— Елизавета, добрый… – начинает Рора, а затем, чертыхнувшись, спрашивает: – Что сейчас? Ночь?

— Кстати, почему ты не спишь? – спрашиваю я у бабушки, убирая стакан с вонючей травой.

— Твой дед храпит так, что у нас дребезжат окна. Удивительно, что еще не посыпалась черепица.

Я смеюсь и ложусь обратно на кровать, задержав дыхание. Жду, прижмется ли ко мне Аврора. Она лишь смотрит на меня со смешанными эмоциями в глазах, а затем вырывает телефон из рук.