Книга Финишная черта, страница 48 – Мари Милас

— Проверь, – бросаю я, накидывая на ее плечи свое пальто. Какого хрена она без куртки, когда на улице ураганный ледяной ветер скоростью миллиард миль в секунду?

Аврора сбрасывает пальто, и оно падает на сверкающий пол вестибюля. Она резко разворачивается и угрожающе указывает на меня пальцем.

— Еще раз тронешь меня, и я действительно проверю наличие ножа за поясом брюк, а затем всажу его туда же.

— Спереди или сзади? – интересуюсь я, поднимая пальто.

— В зависимости от того, как скоро ты захлопнешь свой рот.

— Не скоро. И я все же рискну. – Я снова набрасываю на ее плечи пальто, а затем беру из ее рук сумку, за которую она начинает бороться так, словно ее грабят. – Просунь руки в рукава.

— Нет. – Аврора стискивает зубы.

Я смотрю на нее снизу вверх, а она вздергивает подбородок, как бы говоря «заставь меня».

— У тебя есть три секунды, или я сделаю это сам.

— Заводи таймер, – хмыкает она, скользя языком по губе темно-вишневого цвета.

Аврора Андерсон – единственная женщина в этом чертовом мире, вселенной, галактике, которую мне хочется придушить за упрямство, но целовать до тех пор, пока я не задохнусь.

— Рора, пожалуйста, надень пальто, – тихо произношу я, смотря ей в глаза, сверкающие зеленью под ярким светом в вестибюле.

Они с Аннабель могут казаться похожими, по крайней мере на первый взгляд, но на самом деле различия между ними очевидны. Глаза Авроры порой темнее ночи, но стоит свету упасть на них – и они вспыхивают изумрудными искрами. У Аннабель же просто глубокий, спокойный зеленый цвет, отражающий ее характер. Их волосы тоже похожи, но оттенок Роры глубже – темный, почти черный. То же касается черт лица: там, где старшая сестра мягка в линиях, Аврора остра. И я готов порезаться о каждый ее угол.

Я никогда ни испытывал к Аннабель ничего, кроме дружеских чувств (возрадуйся, Леви), а вот Аврора выворачивает меня наизнанку, заставляет каждый нерв в теле гореть.

— Хорошо, – наконец-то сдается она.

— Позволь мне подвезти тебя. Ты не поедешь в свой неблагополучный район одна в столь поздний час.

Она закатывает глаза, когда надевает пальто.

— Умоляю, начни использовать выражения, которые придумали в двадцать первом веке, а не в девятнадцатом.

Рядом с тобой мне вообще не мешало бы молчать, но у моего рта свои планы.

Я складываю руки на груди и смотрю на нее так, словно по ее душу пришел сам дьявол.

— Будь добра, посади свою задницу в мою машину, потому что только через мой труп ты попрешься одна в свой дерьмовый район, откуда в темноте на тебя набросится маньяк. Так тебя устроит?

— Переигрываешь, но в целом неплохо. – Аврора разворачивается и идет к выходу.

Я снова следую за ней. С таким же успехом она могла бы прицепить ко мне чертов поводок.

— Это значит, ты позволишь подвезти тебя?

— Это значит, что я проснулась в пять утра, ударилась мизинцем об косяк и забыла позавтракать. Затем до полудня тренировалась, а потом мне пришлось сидеть голой задницей на ледяном полу, чтобы спустя час после этого начать спорить с тобой и выслушивать то, что я хренова эгоистка. Я устала и ужасно хочу спать. А еще хочу чипсы, которые запретил мне Зак. Если ты обещаешь держать рот закрытым, то поехали. – Аврора выплевывает это все на одном дыхании и тяжело вздыхает.