Книга Грешный соблазн ночи, страница 97 – Марина Кистяева

— Даров, ты всё-таки надо мной издеваешься!

Мужчина удивленно посмотрел на неё.

— Я, по-моему, вообще молчу. Как я могу над тобой издеваться?

Мария стояла, гневно сжимая руки в кулаки. Её переполняли эмоции.

— Ты…ты…Отойди ты от этого чертова родника, он тебе не помогает!

— Его вода целебная, мы не раз использовали её для промывания ран….

— Отойди!!

Голос Марии зазвенел от напряжения. Она гневно подлетела к нему, схватила за руку и потянула:

— Пошли! Видимо, мне так и не удастся отвязаться от этой процедуры…

Демьян, заинтригованный, последовал за Марией. Он не мог определить причину её гнева, да и не пытался. Рана на самом деле причиняла сильные не удобства, и ему не хотелось бы повторить сражение с каким-либо зверем Дасали, пока он полностью не восстановится.

Мария опустилась на мох и убрала волосы на одну сторону. Тем самым она оголила шею и вену.

У Демьяна моментально пересохло во рту, точно он не пил несколько дней и испытывал ни с чем несравнимую жажду. В горле зажгло. Теперь пришла его очередь сжать руки в кулаки.

— Маша, ты не понимаешь…, - он начал говорить, но оборвал себя, потому что не знал, что хотел сказать.

Девушка фыркнула.

— Даров, ты только не думай, что если я предлагаю тебе свою кровь, то моё отношение к тебе как-то изменилось! Всё остается по-прежнему! Просто я хочу выбраться из этого места, и обязательно с матерью! Поэтому нечего терять время, садись и пей!

Демьян продолжил стоять.

— Чего ты медлишь? — зло спросила Мария и подняла лицо к верху, мимолетно взглянула на вампира, и снова отвела взгляд. Она говорила, и сама не верила себе. Ни что в мире её больше не могло заставить кормить кого-то из рода вампиров принудительно. По договору девушку-оборотня могли призвать кормить только одного вампира. Это защищало их от полного истощения и осушения. Мария выдержала испытание и знала, что теперь свободна, что бы там не говорил старший Даров.

И когда она принимала решение снова дать кровь Демьяну, она руководствовалась заполнившими её эмоциями, где гнев сменялся тревогой, тревога жалостью, а жалость нечто теплым и трепетным.

Мария не могла спокойно смотреть на кровь Демьяна. Ей казалось, что это её грудь располосовали. Ей было больно. Безумно больно.

Чтобы как-то скрыть смущение, она старалась говорить гневно. Но она всегда была плохой актрисой.

— Ты хорошо подумала, прежде чем мне это предложить? — едва слышно уточнил Демьян, и его слова гулом прокатились по невысоким сводам пещеры.

— А как ты сам думаешь?

— Я не хочу, чтобы ты потом жалела. И обрушивала на меня упреки.

Мария приглушенно пробормотала проклятья.

— Никогда не думала, что буду предлагать кровь вампиру, а он будет отказываться!

Одно мгновение — и Демьян стоял позади неё на коленях. Его пальцы жестко вцепились в плечи девушки и сжали их. Страстный шепот раздался рядом с ухом, чуть повыше желанной вены:

— Твоя кровь — самый драгоценный для меня напиток, волчица. Она не только способствует моему быстрому выздоровлению, она дает мне внутренние силы. И она невероятна вкусна. Я схожу с ума лишь при одном упоминании, как питался от тебя! И я больше не хочу скрывать своей жажды. Да, я отпустил тебя, но по той причине, что уважаю твою волю. Я знаю, что сейчас могу обходиться без твоей крови, могу питаться от себе подобных! Но не хочу! Мне нужна ты! Мне нужна твоя кровь! Но я не буду тебя принуждать…., - его клыки уже удлинились, и Мария чувствовала, как он прикасается самыми кончиками к её коже.