Книга Грешный соблазн ночи, страница 88 – Марина Кистяева

— Ужас…

— Не спорю. Не завидная процедура — потерять себя.

Мария, чтобы успокоить поднимающееся волнение, отпила красного вина. Да, оно было более крепким, но не менее приятным.

— Ты тоже проходил через ломку?

Демьян не весело улыбнулся.

— А как же….Проходил.

— И?…

— Я не придумал ничего лучшего, как убить себя.

Мария вздрогнула и пролила немного красноватой жидкости на себя. Но она даже не обратила на это внимания, шокированная его словами. Ей и в голову не могло прийти, чтобы Демьян Даров, сильный волевой мужчина, предпринял попытку убить себя.

— Ломка была такой сильной? — почти неслышно спросила она, и опустила голову.

— Кому как…. На тот момент мне легче было убить себя, чем испытывать постоянную раздирающую изнутри боль. Кровь жрицы содержит яд, и, проникая в кровь, становится частью её. И я не нашёл ничего лучшего, как выдернуть себе кадык, — он говорил с циничной усмешкой, точно рассказывал не о попытке самоубийства, а о чем-то будничном, что с ним случается каждый день.

Вот тут Марии стало по-настоящему дурно, и она залпом осушила бокал с вином. Поперхнулась, но быстро пришла в себя, и закусила клубникой.

— Вот откуда у тебя этот шрам….

— Было дело….Но я не рассчитал свои силы, на тот момент я сильно ослаб. Это и спасло меня. Я нанёс себе травму, но не смертельную. Именно в таком состоянии, истекающем кровью, меня и нашли Арсений с Аркадием.

Глава 17.

Воображение Марии живо нарисовало картину раненого Демьяна, и она поняла, что никогда, ни при каких обстоятельствах не желает видеть его окровавленным, на пороге жизни и смерти.

Она задрожала.

— Я тебе это рассказал, чтобы ты хотя бы немного понимала, что может происходить с Анной, — продолжил Демьян будничным тоном, и по инерции наполнил Марии бокал заново.

Но та уже отставила его в сторону и, сменив положение, встала на колени. Её глаза неотрывно смотрели на область шеи Демьяна. Тот, заметив её взгляд, нахмурил брови:

— Маша, ты сейчас совершаешь ошибку — не надо меня жалеть.

— Я не жалею…, - её голос отличался от обычного, появились нотки опьянения, и лицо смягчилось, на нём отразилась нежность. — Ты не тот мужчина, которого можно жалеть….Наоборот….Знаешь, о чем я подумала, когда первый раз пришла тебя кормить? Что ты очень сильный…

Она покачнулась, но ей удалось сориентироваться, и она ухватилась за край столика.

— Ой…

Слова Марии взорвали Демьяна изнутри. Её признание подействовало на него похлеще самого крепкого спиртного.

— Волчица…., - его голос предупреждающе охрип. Он давал понять, что ей следует остановиться.

Он понимал, что она говорит под действием алкоголя. Всё-таки ему не стоило подливать ей крепленного вина. Он не ожидал, что она так быстро опьянеет.

— И мне нравится, как ты называешь меня волчицей…, - Мария улыбнулась и сделала несколько шажков на коленях в направлении Демьяна.

Что она хотела сделать — останется тайной.

Демьян ловко поменял положение, убрал с пути Марии бокалы и поднос и поставил их на столик. После чего поднялся на ноги, и протянул руку девушке:

— Можно считать, что наш разговор состоялся и успешно подошёл к завершению. Я рассказал тебе, что хотел. Последние сутки были трудными для обоих, и лучше прилечь отдохнуть. Завтрашний день будет ещё труднее. Нам понадобятся все силы. Маша, пойдем, я провожу тебя до спальни.