Книга Свидетель, страница 50 – Марина Кистяева

Нет, чтобы говорить чаще. Улыбаться ей, позволить узнать его больше. Он вел себя, как и большинство… военных — напором, считая, что уже одним своим вниманием, ухаживанием одаривает девушку, и та должна быть априори счастливой.

А вон как оно вышло…

Его самоуверенность и форма сыграли против него.

Таисия поставила последнюю тарелку на полку и повернулась к нему, уперевшись поясницей в столешницу.

— Ты хочешь жить и дальше на Дизоле? — негромко спросила она.

Он заметил, что она отводит взгляд. Не смотрит ему в лицо. Проклятье, ещё одна царапина по его самолюбию.

— Мне тут комфортно.

— Было до того, как не прислали меня… Извини, — она снова пожала плечами, испытывая очередной дискомфорт от общения с ним.

Дарен поднялся. Не было больше сил смотреть, как она зажимается.

Их разделяло всего несколько шагов. Он сегодня столько раз к ней приближался, то пытаясь защитить от неизвестной угрозы, то в жажде получить желанное, сводящее с ума тело. Никогда в жизни его не раздирали столь кардинальные противоречия. Сомнения часто возникают, это естественный процесс, от этого никуда не денешься.

Всё, что касалось Таи, не поддавалось с его стороны никакому логическому объяснению. Он одновременно хотел вышвырнуть её на улицу к чертям собачьим и навсегда забыть её имя, забыть о самом её существовании, и одновременно его сердце заходилось от щенячьей нежности — она в его доме, рядом, протяни руку и сможешь дотронуться до кожи, снова ощутить, насколько она бархатиста.

И если бы он знал, что к нему прилетит именно ЕГО Тая, и его спросили: ждал бы он её? Встретил бы иначе?

Ответ был один.

Да.

Он бы ждал её.

Черт побери, он бы секунды считал до встречи с ней, несмотря на то, что в его сознании она по-прежнему оставалась предательницей, сукой, что играла с ним, с его чувствами. Он бы вынашивал план мести, который разрушился бы от первых её кровавых слез.

Кстати. Про кровавые слезы. Вовремя про них вспомнил.

Он остановился, отзеркалил её жест, присев на край стола и скрестив руки на груди.

— Тая, как получилось, что твой муженек сделал между вами привязку? Ты давала согласие?

Таисия побледнела, хотя, казалось, куда уже больше. Ни одной кровинки не осталось.

— Давала. После того… — она протяжно выдохнула. — Дарен, он…

— То, что он тебя насиловал, я понял. Бил?

Она мотнула головой.

— Редко. Пощечины в основном.

Дарен демонстративно медленно приподнял брови.

— Тогда как? Тая, мне нужна правда.

— Я понимаю. Я не вру. Нет смысла… Чтобы я дала согласие на привязку, он полгода, а то и больше периодически держал меня в капсуле… с моделированием…

Больше Тае ничего не надо было говорить.

Дарен выругался, не стесняясь в выражениях.

Капсула моделирования. Делайк, по-научному. А в разговорном — пыточная камера. Хрень, что сводит с ума. Никто не выдерживает долгого пребывания в ней. Камера настроена таким образом, что подключается к нейронам мозга и очень скоро считывает кошмары, что преследуют человека на протяжении жизни. И моделирует их, воссоздает со стопроцентной реальностью. Человек погружается в неё и постепенно сходит с ума.

При его службе в делайк сажали преступников. Определенный вид наказания.

Но где Тая и где делайк.

И каким образом Аэрду удалось использовать капсулу? Насколько владел информацией Дарен, капсула находилась в головном здании военной прокуратуры да ещё в двух научных центрах.