Книга Страж. Дилогия, страница 77 – Марина Кистяева

Её речь получилась сбивчивой. Но какая уж есть. Перед Стражем особо не повысказываешься. Давит одним своим ростом.

— Так ты переживаешь из-за разгрома?

Он специально это сейчас?

— Мне плевать на разгром.

— Завтра всё отремонтируют.

— Герман, я не о разгроме! Я о том... Я о том, что не хочу больше жить с тобой на одной территории! - Алина вскинула руки кверху.  - Я знаю всё, что ты мне можешь сказать. Я знаю все твои угрозы. И они... они больше на меня не действуют. Хочешь принуждать - принуждай. Хочешь угрожать - угрожай. Хочешь бить - бей. Но уйди с глаз моих долой. Не хочу тебя я больше видеть... Не могу.

Он преодолел разделяющее их расстояние  в два шага.

Схватил мокрые волосы и потянул их вниз, заставляя Алину прогнуться и посмотреть ему прямо в лицо.

— Дура!

Его дыхание обожгло, а голос пробрался под кожу.

Алина даже не успела испугаться, как он её отпустил и, развернувшись, вышел.

— Дверь вставят сегодня же!

И всё. Тишина.

книга 2. глава 14

14.

Он ушел. На самом деле.

Алина стояла в гостиной и всё ждала, что вот сейчас, сейчас услышит его тяжелую поступь.

Нет. Ничего.

Кое-как поправив торчащие в разные стороны волосы, девушка, плотнее закутавшись в халат, прошла на кухню. Поставила чайник. Села.

И что дальше?

Вот что?

Радоваться?

Нет, радости не было.

Скорее, опустошение.

И чувство беззащитности.

Забравшись на кушетку с ногами, Алина обхватила себя руками.

Погорячилась ли она? Да нет. Сказала то, что хотела.

Она была обижена и чувствовала себя использованной. Её выбрали в качестве приманки, и Герман с легкостью на это пошёл.

Неужели у него нет совсем чувств? К ней - возможно. Но, проклятье, она же носила его ребенка!

Алина прикрыла глаза и часто задышала, уговаривая себя не плакать. А слезы подобрались, ой, как близко.

Думала ли она, что Герман уйдет? Скорее, была уверена, что нет. Кого угодно можно было выгнать из квартиры, только не Германа с его непробиваемой логикой.

А тут...

Электрический чайник выключился, но Алина так и не встала с кушетки, продолжая смотреть невидящим взглядом в окно.

* * *

— Выгнала?

— Да.

— Тебя?

— Проклятый Тарис, ещё раз усмехнешься, врежу.

— Напугал, - хмыкнул Заур, плеская в стаканы ещё по приличной порции виски.

Герман хмуро на него зыркнул.

— Напугаешь тебя, пожалуй.

— Вот и не пытайся. Так, значит, выгнала...

— Заур, мать твою, ты раз десятый это уже говоришь! - Герман ударил раскрытой ладонью по деревянному столу. Мебель у Заура была добротной, из плотной древесины, и выдерживала ярые натиски Стража. По крайней мере, вот уже полгода.

— Да просто у меня сей факт не укладывается в голове. Ты и ушёл.

— Да! Я и ушёл! Ещё вопросы будут?

Заур взял стакан.

— Пока нет. За тебя и твою Спутницу, брат.

Заур был тем самым Стражем, что не понравился Алине внешне. Бритый наголо и с тату на висках он нередко производил отрицательное впечатление. Парадокс заключался в том, что, по мнению Германа, Заур был самым лояльным из Стражей, умеющим идти на компромисс. Он первым предложил организоваться в этом мире, и, судя по последним прорывам, был прав. Прорывавшихся тварей становилось всё больше.

Но сейчас разговор не о них.

Заур не скрывал своего лояльного отношения к женщинам. Он их любил, и открыто говорил об этом. Даже с продажными девками в училище обращался учтиво. Именно поэтому Герман и пришёл к нему.  За советом. За дружеским пониманием.