Книга Страж. Дилогия, страница 59 – Марина Кистяева

— Додж-Дюранго, - бросил в ответ мягче, пытаясь поймать взгляд девушки.

Поздно.

Алина отвернулась к окну. В горле встал ком. Почему его резкость отозвалась удушающей обидой? Черт бы побрал эти гормоны. Если так и дальше пойдет, то дело кончится тем, что она беспрестанно будет плакать от него.

— Алина, посмотри на меня.

Ага, сейчас, уже разбежалась.

Она снова позабыла, с кем имеет дело.

Герман быстро вывернул руль, отчего едва не задел машину, въезжающую на стоянку, и резко нажал на тормоза. Повернулся к Алине, аккуратно и настойчиво взял её за плечо и развернул к себе.

Ноздри негодующе трепещут, брови сдвинуты на переносице.

Замечательно.

Алина вызывающе вздернула кверху подбородок.

Ну, уж нет, она не стушуется!

— Я говорю - ты делаешь, - не размыкая губ, выдавил из себя Герман, не разрывая зрительного контакта с глазами девушки.

— Ты говоришь, а я решаю - делать или нет, - как можно спокойнее проговорила Алина. Бесить далее она его не собиралась. Но дать понять, что они не в Пограничье, и она - не безвольная секс-подпитка, следовало решительно и незамедлительно.

Мужчина тяжело задышал, точно пытался совладеть с обуревавшими его эмоциями. Эмоциями негативными. Потому что черные глаза грозно полыхали, не предвещая ничего хорошего.

— Алина, не зли меня.

Вот и поговорили.

Вот и компромисс.

Естественным ответом на его реплику было бы: «А то, что ты мне сделаешь?». И он едва не сорвался с губ девушки. Хорошо она вовремя вспомнила, с кем имеет дело, и какие могут быть последствия.

А если откроет портал, и добро пожаловать в Пограничье?

В горле запершило.

И что делать? Вот что?..

Алина медленно выдохнула, пытаясь совладеть с собой и адекватно оценить ситуацию в целом.

— Я не злила. Я задала вопрос. Ты не ответил. Не счел нужным. Я решила, что разговор заканчивается - отвернулась к окну.

Герман, не стесняясь в выражениях, выругался.

— Я не про то! - рыкнул он.

Алина облизнула пересохшие губы. Вроде бы с утра пользовалась блеском, за всей нервотрепкой давно слизала его. Снова медленно выдохнула.

Представь, что перед тобой ребенок. Большой и непонимающий. И тебе всё надо объяснять. Всё.

Иначе никак.

— Знаю. Но если ты обрываешь не начавшийся толком разговор, последствия не могут быть положительными. Я спросила про марку машины, потому что да, ты прав, я в них, на самом деле, не разбираюсь. Но что плохого в том, чтобы просветить? Не нагрубив, не рубить с плеча? Вывод напрашивается лишь один - ты не заинтересован в общении со мной. Как ты там сказал? Чтобы я возвращалась и снова становилась покладистой. Я тебя поняла - мне лишь надлежит послушно раздвигать перед тобой ноги и удовлетворять твои желания. И да, чуть не забыла. Выносить ребенка. Молча. Не пререкаясь, засунув свои желания и потребности куда подальше. Отлично, Герман, договорились. Я тебя поняла.

Вместо того, чтобы успокоиться, Алина сама себя накрутила. Начала за здравие, закончила за упокой. Не выдержала - накипело.

Лицо мужчины закаменело.

Такое знакомое выражение... Вот теперь точно - добро пожаловать в Пограничье.

Алина приготовилась к худшему. Чему именно - предположить было трудно.  От него можно ожидать, что угодно.

И всё же она немало удивилась, когда он оставил её выпад без ответа.

Отвернулся и снова тронулся, выводя черного монстра на трассу.