Книга Та, что подарила сына, страница 116 – Марина Кистяева

Его и точка.

Забирает он Юлю. Окончательно.

Надо было раньше забрать. Четыре года назад.

Всё-таки стоит сказать спасибо Балаеву-старшему.

Тот повернулся к нему и скрестил руки на груди.

— Можешь не благодарить, Демьян, – интонация у Василия Петровича изменилась. Посерьезнел мужик. – Я переживал в первую очередь за Юлю и правнука. Они мне дороги. И да… Тарисов, обидишь Юлю – приду с двустволкой.

Демьяну потребовалось усилие, чтобы не улыбнуться.

Нет, определенно, этот старик ему нравился.

Порыбачат они ещё вчетвером. Мужской компанией.

— Я тебя услышал.

* * *

Всю дорогу до аэропорта и потом в самолете Сережа не отходил от Демьяна. Юля нет-нет да порывалась перетянуть сына на себя, опасаясь, что слишком активное вмешательство Сережи на личную территорию Демьяна в конечном итоге приведет к раздражению последнего.

— Ты расслабишься уже, женщина, или как? – довольно фыркнул Демьян, позволяя сыну уснуть у него на руках.

— Расслаблюсь, – поспешно ответила она и тихо добавила: – Наверное.

Тарисов медленно приподнял бровь.

— Честное слово, – не удержалась Юля.

Когда взлетели, ей стало не до Сережи и Демьяна. Она даже порадовалась, что сыном занимаются. Юлю очень сильно затошнило, и она попросила принести бумажные пакеты. Мало ли что…

— Всё хорошо, Юля? – обеспокоенно спросил Демьян, наблюдая за ней. – Ты побледнела.

— Меня укачивает что-то.

— Воды с лимонным соком ещё принесите, – тотчас распорядился он.

Тошнота немного притупилась, Юле дали ещё ягодную карамель.

— Отдохни, – Демьян умудрился накрыть её ноги пледом, при этом продолжая удерживать Сережу на себе.

Юля кивнула. Говорить не было сил. Неожиданно ухудшившееся самочувствие повлияло и на настроение. А так здорово всё было! Столько положительных, радостных эмоции. Одно «папканье» Сереньки чего стоило. Папа – это, папа – то. И главное не было ревности. От слова совсем.

Ещё одна стена рухнула, чему Юля порадуется чуть позже, когда вернется в норму.

Она всё же уснула и проснулась, когда попросили пристегнуть ремни.

— Как самочувствие? – сразу же спросил Демьян, не сводя с неё пристального взгляда.

Юля немного стушевалась. Неужели он смотрел, как она спит? Она же вылетала, почти не приведя себя в надлежащий вид. Так, тональником немного цвет лица выровняла и всё. Юля заерзала в кресле.

— Уже лучше.

— Проверишься у врача.

— Зачем?

— Давление. Мало ли…

Юля отмахнулась. И сделала вид, что не заметила немного властного тона Демьяна. Всё-таки привычка отдавать распоряжение накладывает отпечаток и на обычную жизнь. Нельзя на работе быть крутым боссом, а дома – мягкой няшкой.

Прилетели они уже ночью. Сережа раскапризничался.

— Пора закругляться с постоянными перелетами. Хотя бы на месяц-другой. Иначе мы собьем ему весь график.

— Согласен.

Юля сказала и лишь потом подумала, какой подтекст подразумевали её слова.

Пусть…

Пришлось повозиться, прежде чем Сережа снова уснул. Он отказывался закрывать глазки, ворочался с боку на бок и под конец потребовал, чтобы ему сказку почитал папа.

— Папа немного занят, Сережа, – она видела, как Демьян доставал макбук.

— Уже освободился, – мужской голос, от которого теперь у неё теплело на душе, заставил её обернуться.

Демьян уверенной походкой входил в комнату. Кровь прильнула к щекам Юли, хотя для смущения не было основания. Они не виделись несколько дней, и сейчас она с жадностью снова и снова рассматривала его.