Книга Право на нас, страница 73 – Марина Кистяева

Он говорил почти ласково. Почти игриво, как свойственно молодежи.

И Тоня кивнула. Как бы сказала её бабушка - пусть идет с миром.

Глава 23.

С раннего утра пятницы Тоня нервничала.

— Мне не нравится твой настрой, дочь. Давай попробуем ещё раз поговорить с Барановым. Мама поставила перед ней тарелку с яичницей.

— Есть же какой-то выход. Ты не обязана ездить к Богдану.

— Мам, - начала Тоня, не зная, как правильнее сформировать дальнейшую мысль.

Нина Михайловна остановилась у стола и более пристальнее посмотрела на дочь.

— Он тебе понравился?

Глагол прозвучал в правильной форме.

А ещё, кажется, все вокруг сговорились и постоянно озвучивали данный вопрос.

— Мам не знаю... честно, не знаю.

— Ребёнок, мне меньше всего хотелось, чтобы ты из чувства благодарности сорвалась...

— Сорвалась?

— У вас же ещё ничего не было?

— Мам!

Но этот раз возмущение окатило Тоню с головы до ног. И по спине прокатился жар.

— Что "мам”? - внезапно Нина Михайловна с грохотом отодвинула стул и села максимально близко к дочери. - Вот что? Я до сих пор не могу поверить, что это происходит с нами! С тобой, Тоня. Что взрослые мужики используют тебя в своей игре! И что я, твоя мать, не в состоянии тебя защитить!

В глазах женщины появились слёзы. Она ьыстро взяла себя в руки и провела ладонями по лицу.

— Это надо прекратить. Надо связаться с другими адвокатами, с прокурором, с...

— Мам я прошу тебя ничего не надо! - поспешно возразила Антонина, помня, как жестко с ними разговаривал Варанов.

И с какой лёгкости он забрал маму с Кнопкой к себе.

Баранову что-то надо было от Богдана. Для достиженияИели он использовал её.

Неужели она настолько сильно нравится Богдану? Но откуда об этой симпатии знает Варанов? Если он только тщательно не следил за жизнью сына со стороны.

Тогда многое становилось понятнее.

Тоня приложила все усилия, чтобы успокоить маму.

День в универе пролетел быстро. К ней подошли Андрей с Демьяном и попросили передать "привет" Богдану.

— Будет возможность - пусть нам звякнет.

Со связью у Богдана тоже было не всё определенно. У него был доступ к многим спутниковым каналам, он общался с адвокатом. Но телефона как такового в наличии не было.

Еще одни выходные...

И чем они будут заниматься? Снова петтингом?

Как далеко на этот раз зайдёт Богдан? И как далеко она позволит зайти.

Эти вопросы не давали покоя Тони с четверга. Ещё Варька и мама подлили масла в огонь. Щедро этак плеснули.

Нравился ли ей Богдан? Тоня снова и снова прокручивала этот вопрос в голове. Ещё вчера бы она ответила, что нет.

"Вчера" тут подразумевалось, что брался не конкретно вчерашний день, а в целом.

Она постоянно думала о нём. Вспоминала.

Он продолжал заботиться о ней из СИЗО. Его друзья по-прежнему её оберегали, хотя Артамонов уже не учился в универе. Человек шаг за шагом доказывал свою симпатию.

Не просто заявил, что она ему нравится и априори теперь должна обратить на него внимание.

Он действовал иначе.

Правильно.

Ещё Тоня спрашивала себя, могли бы они избежать трагедии - драки и последствий, прими она предложение Богдана о помощи.

Сегодня всё было иначе. Это была та правда, которую не скроешь от себя.

Она чувствовала себя иначе и отношение к поездке было другое.

Может, магнитные бури или вспышки на солнце?