Книга Чёрно-белый танец, страница 100 – Марина Кистяева

— Зря….

— И я о том же! — перебила её Лена. — Но ты можешь не волноваться, он обещал исправиться. Я пригрозила, что в противном случае, о его халатности расскажу тебе. Ты меня тогда не выдавай, пусть он не знает, что я тебе наябедничала.

— Лена, я тебя люблю, — прошептала Даша, чувствуя, как на глазах выступают слезы.

— Я тебя тоже, малышка, очень люблю. Э, а, ну, не плакать! Мы так не договаривались!

— Не буду, честно не буду….

Даша попыталась сдержать слёзы. И откуда они берутся? Ей иногда начинало казаться, что она их все выплакала, ан, нет, оказывается, не все.

— Расскажи, что случилось, — попросила она. — Я до сих пор не знаю, что произошло.

Лена внезапно разволновалась. Она резко поднялась со стула, подошла к окну и скрестила руки на груди.

— Я сама до сих пор мало, что знаю. Андрей вчера не особо был разговорчив. Димке позвонила Балканова и рассказала о ссоре брата, что-то там ей не понравилось в его поведение, это ей лучше знать. Димка в свою очередь решил предупредить тебя, позвонил тебе на мобильный, потом на домашний, но ты трубку не брала. Тогда он уже забил тревогу, связался с Андреем, — Лена облизнула пересохшие губы. — Когда Андрею удалось добраться до твоей квартиры, ты уже была без сознания. Балканов попытался скрыться. Но черта лысого!.. Одни словом, он сейчас находиться в тюрьме, где этому гаду давно полагается быть! О том, что ты потеряла ребенка, ты знаешь.

Последнее предложение Лена произнесла на тон ниже. Обернулась, посмотрела на подругу.

— Знаю, — Даша сделала паузу. — Как только в квартиру ворвался Балканов, я почувствовал боль внизу живота. Видимо, на подсознательном уровне я предчувствовала, что не сохраню малыша. Лена, это ужасно…. Я понимаю, что срок был маленьким, плод только-только начинал развиваться, но я ощущаю себя пустой. Я свыклась с мыслью, что во мне растет ребенок, что скоро я буду мамой, а теперь ничего не будет. Там никого нет.

Даша под одеялом положила руки на живот.

— Дашка, послушай, что я тебе скажу, — Лена приблизилась к кровати и села на краешек. — Ты потеряла ребенка, это ужасная трагедия для всех, кто тебя любит. Но на этом жизнь не заканчивается. У тебя ещё будет карапуз. А если захочешь, то и не один. Всё ещё впереди.

— Ты говоришь банальные фразы, Лена.

— Ну и что? А разве не эти банальные фразы ты сейчас так хочешь услышать? Или ты думаешь, я тебе буду рассказывать какая замечательная погода за окном? Я же вижу, что ты хандришь, что у тебя депрессия! Я, конечно, не врач, но, наверное, это пока естественное для тебя состояние. Я ещё раз уточняю, пока для тебя естественное. Но оно мне чертовски не нравиться, и я сделаю все, чтобы оно поскорее закончилось. Тебе надо срочно выходить из ступора.

Даша ничего не ответила.

— Ты меня слышишь?

— Да.

— Тогда какого черта молчишь?

— Лена….

— Ну, что Лена? Что?! Дашка, я тебя знаю тысячу лет, и я не поверю, что ты вот так просто возьмешь, и сдашься. Поднимешь к верху ручки и скажешь: «Всё ребята, я больше ничего не хочу!»

— Но я на самом деле ничего не хочу….

— Врешь, подруга, ещё как врешь! Это ты сегодня так говоришь. А завтра, я уверена, скажешь по-другому. Случилось непоправимое, но с этим можно жить! Главное, ты здорова! В скором времени забеременеешь снова, проблем-то! Дурное дело не хитрое! Ведь Загорнов хочет ребенка? Ещё как хочет! Ты не видела его в первые минуты после операции! Да и я, если честно, не видела, чтобы так мужик переживал….. По-моему, Изорская, он серьезно на тебя запал.