Книга Сандровские. Трилогия, страница 193 – Марина Кистяева

— Бред, Сандровский, — Майя выставила вперед руку, второй продолжая опираться на трость. — Ты сам не хочешь брать меня….

Он резко притянул её к себе, отчего она испуганно ойкнула.

— Доказать обратное?

Она ничего не успела ответить, потому что он схватил её руку и положил к себе на ширинку, показывая, что его член в полной боевой готовности, возбужден и жаждет оказаться в ней.

— Я беру свои слова обратно, — промямлила Майя, и попыталась вернуть себе руку. Оказалось — бесполезно.

— Я даже готов ответить на твой вопрос, милая, — выдохнул Борис, приближая лицо к лицу девушки. — Твой запах — это твой запах. Его ни с чем нельзя спутать. Он кружит мне голову и заставляет совершать поступки, мне не свойственные…Ты находишься рядом, и я уже тебя хочу! Моя физиология требует твоего тела!

Майя судорожно сглотнула ком, образовавшийся в горле.

— Ты поэтому не хочешь меня отпускать? Потому что не удовлетворил свою страсть?

Борис усмехнулся и придвинулся ещё ближе. Теперь он находился к ней практически вплотную.

— Кто сказал, что я смогу удовлетворить её сразу же?

Он отпустил руку Майи, зато его по-хозяйски легла на бедро девушки и стала поглаживать круговыми движениями. Если бы он грубо сжал бедро, как ожидала Майя, она нашлась, что сказать, а нежные прикосновения ввели её в некий ступор…. Она растерялась.

Даже сквозь ткань спортивного костюма она чувствовала жар, исходивший от руки мужчины. Она недоуменно несколько раз моргнула ресницами. Это сейчас происходит с ней? То есть ей почти нравятся прикосновения Сандровского?!

— То есть ты собираешься меня держать в плену до тех пор, пока твоя страсть не поостынет? — решила уточнить Майя, и одновременно отвлечься от его прикосновений. Сопротивляться ему она не стала. Она и так достаточно его сегодня подраконила своими вопросами.

— Совершенно верно, — почти промурлыкал Борис.

Его лицо находилось в нескольких миллиметрах от лица Майи, когда они говорили, то чувствовали дыхание друг друга. И Майя невольно отметила для себя, что когда Сандровский не рычит, его лицо становится очень привлекательным. Даже тату притягивает к себе….

Майя не готова была признаться, но она почувствовала желание дотронуться до шрама, провести по нему рукой.

— Пленения вампира другим вампиром противозаконно, — шепотом ответила Майя и отвела взгляд.

— Ты можешь потребовать платы, — сказал Борис. В ту минуту он был готов отдать, что угодно, лишь бы девушка кивнула и не сопротивлялась его прикосновениям.

— Мне ничего не надо, я хочу домой.

— Пока мой ответ — нет.

— Мой тоже….

Её слова потонули в поцелуе. Губы Бориса не были жесткими, и он не действовал, как захватчик, хотя ему и хотелось тотчас — безоговорочно, безапелляционно — подчинить её себе.

Майя предпочла бы, чтобы он поступил, как обычно — применил силу, в ней поднялась бы волна протеста, и она начала сопротивляться. Но события сегодняшнего дня открыли Бориса с другой стороны. Оказывается, он способен на поступки…За грубостью, нахальством и дерзостью скрывались черты мужчины, способного пойти на компромиссы.

От этих рассуждений ей легче не становилось. Отдаваться Сандровскому по-прежнему не входило в её планы. Но выбора не оставалось….

Она не успела ни ответить на поцелуй Бориса, ни оттолкнуть его. В кармане брюк завибрировал телефон.