Книга «Никто» так не смотрит, страница 44 – Марина Кистяева

— Я найду время! Точнее... Мы найдем время.

Хитрюшка...

Знает, чем брать.

Вальясов остановился напротив и поприветствовал их.

— Потап Тимофеевич, можно вас.

Пришлось отойти от Есении. Они перетерли по текущим вопросам. Мазуров ещё несколько лет назад взял шефство над заповедником. Здесь - дикие звери. Почти его территория.

И Есении она пришлась по душе.

Они не ушли сразу. Ещё немного побродили по заповеднику.

— Сюда надо приезжать на целый день. Потап, я серьезно... Я бы хотела быть полезной.

— Разберемся, Яся.

— Тебя тут неплохо знают, - проговорила она более серьезно. - Потап Тимофеевич... И что-то мне подсказывает, что ты тут частый гость. И Багира тебя вспомнила. Ничего мне не хочешь сказать?

Он обнял её и, склонившись, чтобы никто не слышал, ответил:

— Как-нибудь потом тебе расскажу сказку на ночь.

— Боже, Боже... Охренеть...

Есения хмыкнула.

-Ты определись - или Боже, или охренеть. В совокупности звучит, как богохульство.

— Ей смешно! А я не знаю, как выразить свои эмоции! Это нечто, Ясечка! Мне весь поток обзавидуется. Я могу дать твои контакты девчонкам?

— Вер, наверное, нет, - замялась Есения.

При другом раскладе она бы с удовольствием ухватилась за возможность подзаработать. Но стипендия в Каянске - это другое дело. Когда ей выдали карточку и на неё упала первая сумма, Есения глазам не могла поверить. Даже позвонила Лизке и уточнила, всё ли у неё в порядке. Та рассмеялась в голос, после чего знатно над ней постебалась.

— Трать от души, девочка-бохо.

Какое трать... Есения смотрела на сумму и прикидывала, сколько она может отложить с неё.

Когда-нибудь у неё будет своя квартира, которая ей полагалась по закону, и которую почему-то ей не спешило выдавать государство. Такое тоже бывает. Она с завидной регулярностью обращалась в соответствующие органы, но те разводили руками, делая вид, что ничего не понимают и ничего не могут поделать.

— Очередь...

Угу. Очередь. Как же. Просто кто-то ждал, когда ему дадут на жирную лапу, а у Есении от мысли, что она будет давать взятку зарвавшимся чинушам, ярость вспыхивала в груди. Она на такое не пойдет! Но и от своего не отступится.

Ей положено, значит, будет. И точка.

Стипендия для неё была очень существенной. Прикинув собственные расходы, она поняла, что почти половину может откладывать на мебель. Когда ей дадут жилье, потребуются деньги на ремонт.

Карточка Потапа до сих пор была у неё. Она ей не пользовалась, но и не возвращала. Он не примет её назад, даже оскорбиться, а ругаться с Потапом не хотелось.

У них так всё хорошо складывается! Иногда Есении даже не верилось. У него к ней всё серьезно. Это кружило голову, впрыскивало в кровь адреналин.

И потихоньку Есения влюблялась.

Она осознавала, что Мазуров очень непростой. Она, Лиза, естественно, Алена. Тот маленький круг девушек, которых он подпустил к себе. Ещё были химики, с которыми он работал. С остальными Потам был...другим.

Иногда Есении становилось не по себе, когда она наблюдала его в общении. Холодный, жесткий, бескомпромиссный. Не терпящий возражений и особенно беспорядка.

А ещё его боялись. Сильно...

Об этом Есения тоже думала.

— Тебе не химиком надо быть, Яська! А дизайнером модного дома. А лучше - владелицей...

— А вот дальше не продолжай, Верунчик. Даже не смей.