Книга Ловушка для кокетки, страница 37 – Марина Кистяева

Только сейчас Иван увидел, кто именно находился рядом с Ольгой. Какого лешего тут делает Александр Князев? За последние дни он достаточно встречался с эти господином, чтобы записать его в число недругов.

— Теперь, я вижу, — Иван не сводил взгляда с Князева. Тот по-прежнему насмешливо улыбалось, и, казалось, с интересом наблюдал за происходящим. — Александр Андреевич, не ожидал, что увижу вас вновь так скоро.

— Могу сказать о том же, Иван Юрьевич.

Оля сначала посмотрела на Ивана, потом на Князева. Мужчины смерили друг друга неприветливыми холодными взглядами. Видимо, им не удалось прийти к компромиссу.

Игра в переглядки могла продолжаться сколько угодно, но Олю это не устраивало.

— Молодые люди, я вам не мешаю? — раздраженно поинтересовалась она. — Вы можете сколько угодно выяснять отношения и обмениваться любезностями, но я бы хотела попасть домой.

— Ольга Павловна, моё предложение по-прежнему остается в силе, — напомнил Князев.

Тотчас глаз Ивана недобро сузились, и он сделал шаг по направлению к Оле, точно желая её защитить.

— Ольга Павловна ничего от вас не примет, — холодно отчеканил Иван и предостерегающе посмотрел на Олю.

— Это решать не вам, — Князев продолжал настаивать.

— Совершенно верно, Александр Андреевич, решать мне. И, я думаю, вы не обидитесь, если Иван Юрьевич отвезет меня домой. К тому же, мой брат о чем-то с ним хотел переговорить. Мы сразу убьем двух зайцев.

— Как вам будет угодно.

От, казалось, простых слов Князева повеяло таким холодом, что Оля невольно поежилась. Молодой человек больше не задерживался, быстро вскочил на лошадь и был таков.

Оля с Иваном остались наедине. Девушка по-прежнему продолжала на него сердится, но не смогла справиться с искушением побыть в его обществе.

— Что здесь делал Князев? — требовательно спросил граф Лакшин, желая получить правдивый ответ.

— Не знаю, — Оля не стала лукавить и вводить мужчину в заблуждение. — Я и сама не поняла. Я прогуливалась верхом, когда меня бесцеремонно выдернули из седла. Князев объясняет свой поступок тем, что подумал, будто бы моя лошадь понесла и мне требуется помощь.

— Это на самом деле было так? Тебе требовалась помощь?

— Конечно, нет! Я прекрасно контролировала ситуацию! — вспыхнула Оля. Она с детства считала себя хорошей наездницей, любая лошадь безукоризненно слушалась её, и замечание Ивана ей показалось оскорбительным.

На хорошеньком личике Оли были написаны все её чувства, и Иван не мог понять, на кого или на что она злиться. Но между тем, он не мог не отметить, как прекрасно она выглядела. Они не виделись несколько дней, и он по ней соскучился.

— Нисколько не сомневаюсь. Вадим не однократно говорил, что ты великолепно держишься в седле.

Тут губы Оли дрогнули в подобие улыбки.

— При этом он, наверное, обычно добавлял: «Остается надеяться, что и впредь она не свернет себе шею». Он с папенькой часто ругают меня за то, что я слишком быстро скачу.

— А ты так не считаешь?

— Нет!

— Даже если они ругают тебя не потому что им этого хочется, а потому что они волнуются?

Не заметно для Оли Иван оказался рядом, и теперь положил руку ей на талию. Девушка хотела было возмутиться, но почувствовала, как приятная волна разливается по её телу от прикосновения графа, и сделал вид, что не заметила его действий.