Книга Робкое дыхание, страница 21 – Марина Кистяева

— Военные действия не могут быть интересными, Виктория! К тому же, война — дело мужское! К чему тебе забивать красивую головку подобными глупостями?

Викторию задел ответ Болотова, но она постаралась не выказать обиды.

— Воля твоя, настаивать не буду. Ты не женился? Не обрел семейного счастье?

— К сожалению, нет.

— А помнишь, как ты мальчишкой грозился посвататься к моим родителям? — смеясь, напомнила девушка, чем вызвала ответную улыбку.

— Как же не помнить! Разве можно забыть первую любовь?

— Ой, таки и первую? — Виктории нравилось подразнивать его.

— А ты нисколько не изменилась, всё такая же шалунья! Что же, Виктория, мы всё обо мне! Поведай о своей жизни! Ты в Петербурге с родителями? Как поживают Людмила Игнатьевна и Дмитрий Александрович? Здоровы ли они?

Из груди девушки вырвался тяжелый вздох, а в глазах промелькнула печаль.

— К сожалению, в Петербург я прибыла одна. А родителей не видела уже давно, но они обещались прибыть к декабрю. Очень надеюсь, что вскоре их увижу! Безумно соскучилась! Но даст Бог, разлука кончится через недельку-другую! В Петербург меня определила маменька, я так подозреваю, с тайными помыслами найти мне супруга!

— И как ты? В кого-нибудь уже влюблена?

— Алеша, побойся Бога! Я и думать не думаю о замужестве! — воскликнула Виктория, а у самой перед глазами промелькнул образ графа Елистратова. Она немного испугалась и смутилась. О чем она только думает? Аркадий Витальевич ей вовсе не нравится, он вызывает в ней… вызывает в ней чувство недоверия и настороженности. Но внутренний голос тотчас напомнил, что почему-то именно к нему она побежала за помощью при первой же трудности.

— Но когда никогда придется! Все девушки выходят замуж! — по неизвестной причине пряча глаза, проговорил поручик Болотов.

Официант принес заказанные сладости, и Виктория, смакую, приступила к воздушному пирожному.

— Кстати, Алеша, наша встреча на набережной оставила у меня много вопросов. Меня удивило, как вы с графом Елистратовым смотрели друг на друга, едва ли не с ненавистью. У вас плохие отношения?

У Болотова рука с кофе застыла в воздухе, потом он справился с эмоциями и натянуто улыбнулся.

— Скажем так, мы не приятельствуем.

— И всё?

— А что ты ещё хотела бы узнать?

Виктории показалось, или в голосе Алексея на самом деле прозвучали недобрые нотки?

Девушка внутренне напряглась. Почему оба мужчины не желают ей рассказывать о том, что между ними произошло? Одни загадки, да и только! Сначала Аркадий и вовсе не говорит, что служил, мало того, воевал! Теперь Алексей старательно уходит от разговора. Складывается впечатление, что в этой истории не всё чисто.

— Граф Елистратов тоже мне ничего не ответил на аналогичный вопрос, — медленно проговорила девушка, внимательно наблюдая за выражением лица Алексея. — Он посоветовал об этом спросить у тебя.

Мужчина вскинул голову.

— Даже так?

— Да.

— Негодяй! — в сердцах воскликнул поручик, но, вспомнив, что находится в общественном месте, понизил тон. — Мне очень не нравится, то, что ты живешь в его доме, Виктория! Этот человек не заслуживает доверия!

Виктория изумленно посмотрела на Алексея.

— Что ты такое говоришь? Почему ты назвал графа Елистратова негодяем? Это же оскорбление! Чтобы так отзываться о человеке, нужны веские причины!