Книга Поцелуй на снегу, страница 79 – Марина Кистяева

На нем были изображены детские рисунки. Сначала кинозал, много-много рядов, зрители. Потом комната с танцующими людьми. Оба рисунка поражали достоверностью изображения, проработкой деталей.

— Красиво, - искренне восхитилась девушка. И сразу рядом с сердцем что-то царапнуло. Рита отчаянно пыталась вспомнить, что у Мартыненко в паспорте в графе про детей.

Это они тянули с Филом, а у него может быть ребенок от бывшей жены. Но тогда почему не было ни одного звонка на новогодних праздниках? Мать могла запретить, тоже как вариант.

Рита хорошо относилась к детям, хотела своих.

— Согласен. Меня всегда восхищают рисунки Эли.

— Эля, значит. Твоя… Хм… Дочка знакомых, сестры, брата?

— Булата Маратовича.

Как Рита не споткнулась – вопрос.

Она иногда забывала, на кого работает Савелий. У неё вроде бы не наблюдался комплекс перед «сильными мира сего», но иногда, как в детстве, хотелось спросить: «А что, правда…?» и продолжить каким-то провокационным вопросом.

Рита по-новому взглянула на рисунок. Интересно получается. Её Сава дружит с дочкой олигарха.

Её…

Одно слово. Всего две буквы, а сколько эмоций за собой таят.

И в каждую Рита проваливалась без сожалений.

— И ты, значит, решил последовать совету девочки? – медленно, намеренно делая небольшие паузы между словами, чтобы усмирить бурю внутри, проговорила Рита.

— Других бы даже слушать не стал.

Интересно, как он спросил Элю?

— А почему именно рисунки, Сав?

С лица мужчины мгновенно сошла веселость.

— Эля не говорит.

— О.

Рита не спешила отводить взгляд. Зато очень многое встало по своим местам, систематизировалось.

— Нет, Савелий, - решительно сказала она, когда они подошли к эскалатору.

— Хм? Что – нет?

— Мы в клуб не идем.

— А куда идем?

Савелий коснулся её талии, направляя к двигающейся дорожке. Снова страхует… Ненавязчиво, не озвучивая вслух свои действия.

И так всегда. Во всем.

Рита помнила их первое знакомство. То, как он зажал её в коридоре, набросившись в порыве сексуального голода, игры. Как трогал её, как что-то шептал от нетерпения. В душе нет-нет, но возникали алогичные порывы вытащить на свет ту историю. Точно червячок, живущий где-то на подкорке, никак не мог успокоиться. Зачем-то напоминал.

И, кажется, Рита докопалась до причин.

Всё дело в скорости развития событий.

Ей было страшно. Очень.

Она только-только развелась, у неё полный бардак в жизни. У неё фактически нет денег! Она в какой-то момент потерялась.

А тут… Савелий.

Многогранный. И очень, очень целостный.

Прямолинейный. Открытый.

Непростой.

Рита не строила иллюзий в отношении этого мужчины. Но и накручивать не стоило.

Между ними так получилось. Сначала секс, потом кино. Всё наоборот. Но, может, в её случае, как раз так и надо? Чтобы окончательно прийти в себя, стрессанув по полной.

Чтобы потом увидеть нечто совершенно другое. И принять, нырнув в новое с головой.

Она сознательно себя тормозила. Говорила, что ей нужно время для принятия другого человека.

Сейчас же думала… Нужно ли ей это время? И что оно даст?

Ты или чувствуешь человека, или нет. Принимаешь или отвергаешь. Второго не дано.

— Смотреть моё новое жилище, - как можно беспечнее проговорила она. У самой же поджилки затряслись от собственной смелости. Вот тебе и взрослая женщина.

Хорошо, что Сава стоял за спиной. Во-первых, она точно знала, что, если пошатнется, её поддержат. Во-вторых, он не мог видеть, как щеки у неё заалели. Нет уж, надо сохранять хоть видимость спокойствия.