Книга Девочка для генерала 2, страница 29 – Марина Кистяева

Взять хотя бы его. Он вел себя по отношению к ней, как мудак. Использовал. Изнасиловал. Она принимала его без истерики. Потому что даже при критическом раскладе расценивала ситуацию здраво. Она боец. Просто маленькая ещё, да и подсказать ей некому было. Поддержать.

С ним она получит всё.

Он готов был отдавать. Впервые в жизни не только деньги.

Взамен хотел эмоций. Чистых. Свежих. Чтобы его грудь распирало от волнения при виде неё.

Как сейчас.

Сладкая его… маленькая…

Обидчивая. Пытается извернуться, а сама бедра кверху поднимает, и в глазках знакомая поволока. Когда она вчера кончила, его самого тряхануло так, что мама дорогая.

Ещё хотел.

Руслан ласкал грудь и двигался внутри лона Кати, кайфуя от её влажности. И того, какая она тугая. Обхватывает его пальцы, как перчатка. Идеальная. На спине от напряжения выступила испарина, он не обратил внимания.

Лишь Воробушек.

Она глухо застонала, снова подавив в себе стон. А его внутренний зверь оскалил пасть. О, нет, моя хорошая, стонать ты будешь в голос, кричать его имя снова и снова.

Руслан оторвался от груди Кати и, прищурившись, посмотрел девушке в лицо. Раскраснелась, губы поджимает. Что ж…

— Только я кусаю твои губы. Даже ты не имеешь права. Запомни это.

От его слов она возмутилась, открыла рот, чтобы возразить, но ничего не успела сказать, потому что он свободной рукой шире развел бедра, сам следом спустился ниже.

Она замерла. Затрепетала. Губы даже задрожали.

Она поняла, что сейчас будет.

И никакого протеста. Зверь радостно оскалился. Вот такой она нравилась ему ещё больше.

Руслан перевел взгляд на её раскрытое лоно. Какая же нереально нежная красота, потревоженная его грубоватыми ласками. Аккуратные складочки потревожены, немного раздвинуты и сочатся от влаги. Смотрел бы часами. Кого-то успокаивает потрескивающий огонь в камине, а для генерала Коваля лучшим лекарством являлось созерцание женского лона.

Теперь только одного.

Мужчина, застонав, припал губами к клитору. Катя дернулась, словно хотела вывернуться, уползти. Его руки мгновенно сжали её бедра, давая понять, что ей никуда не деться. Никогда. Она – его. Отныне и до последнего вздоха.

Он, не переставая трогать и лизать клитор, поставил сначала одну Катину ногу себе на плечо, потом вторую.

— Что ты делаешь, – всхлипнула девочка и задрожала от первой волны надвигающего оргазма.

Сам Руслан не интересовался, но запомнил, когда кто-то из мужиков рассказывал про женские оргазмы. Что раз его достигнув, внутри девочек срабатывал какой-то запоминающий механизм, позволяющий к следующему прийти проще, как по накатанной. Тело помнит ощущение. С его Катей происходило то же самое. Ничего, маленькая, он сделает всё, чтобы до конца разбудить твою чувственность. Надо будет – станет вылизывать каждый день. Приучит её к своему языку, к телу. Потом и к себе.

Только так.

А ещё вот так – ниже, к самой расщелине. И внутрь. И снова к клитору.

— Руслан… Руслан…

Она задыхалась, потянулась к нему, с силой вцепилась в плечо, не замечая, как ноготки вонзаются в плоть. Коваль никогда не позволял любовницам царапаться, жестко пресекал.

Кате можно. Нужно даже. Он хотел быть заклейменной ей.

Руслан к языку присоединил палец. Водил им между складок, то проникая внутрь, то освобождая вход для языка. Катя металась на кровати, упираясь ножками ему в плечи и норовя поднять бедра еще выше. Она дрожала сильнее и сильнее, металась по подушке. Даже пыталась привстать, но рука Руслана пригвоздила её к матрасу.