Книга Нина, страница 30 – Марина Кистяева

Его пальцы коснулись её лона. Вскользь. Едва ощутимо. Но Нина порывисто втянула сквозь сжатые губы воздух.

Пальцы перестали двигаться, оставшись поверх розовых немного припухших складочек.

— Всё-таки опасаешься меня…, - Корицкий подтянул тело ещё выше, улегся поудобнее. Нина не ошиблась – его спокойствие и вальяжность были обманчивыми. Стоит ей перестать быть послушной, как и он превратится в хищника. Голодного и злого. То, что он голодный, Нина не сомневалась.

Иначе не пришел бы.

— Опасаюсь, - честно призналась она.

— Почему?

Она не понимала, к чему эти разговоры. Для чего?

— Вы… мне напоминаете хищника. Сильного и опасного.

— Хищника?

— Да.

— И кого же?

— Тигра. Тут я не оригинальна.

— Хм… Я видел тигра в дикой природе, - и снова пауза, после которой последовало легкое давление пальцев на лоно. – Занятное зрелище.

Она планировала отправиться в тур по Африке. Они даже обсуждали подобное мероприятие с Арсением. Ваня услышал часть их разговора, сразу напрягся, и сказал, чтобы «мелочь» даже не думала про самостоятельную экскурсию. Только с ним и его парнями.

— Вы у меня вызываете такие ассоциации. Ничего не могу с собой поделать.

— Прекрати выкать. Раздражает. Кстати… Ты тоже довольно оригинальна. Даже в этом выканье. Я трахнул тебя. Собираюсь ещё… возможно, не раз и не два. А ты держишь дистанцию. Интересно, почему?

— Мой ответ важен? – с придыханием ответила Нина, смущенная происходящим.

Если она проколется… Она потом себя живьем съест.

О её позоре никто не должен знать. Кроме Арса, конечно. Тот не выдаст. В ком, ком, а в нем она была уверена на сто процентов.

И тут Нину пронзила новая мысль.

Еще более безбашенная, чем предыдущие.

Почему она не может перевернуть ситуацию себе во благо? Почему должна испытывать стыд и позор вместо…удовольствия?

Она же за ним приехала!

Отчаявшись получить Константина иным способом, она пошла на подлог.

И чего теперь печалиться, размышляя, что он поступил с ней не «так, как она ожидала». Поступил-то он как раз ещё по-человечески. И продолжает…

Поэтому…

Нина жадно облизнула пересохшие губы.

Она достигнет своей цели. По крайней мере, приложит максимум усилий, чтобы, вернувшись в Россию, домой, не испытывать оглушающее чувство пустоты и одиночества.

Тоски ей хватило.

— Нет, - усмехнулся Корицкий, продолжая поглаживать её.

Тело откликалось на прикосновения мужчины. Томно и боязно.

— А можно… , - Нина повторно облизнула губы, радуясь, что в каюте темно, и мужчина не видит её судорожных попыток взять себя в руки и как-то адекватно продолжить разговор, - спрошу.

— Давай, - лениво отозвался Корицкий, меняя положение.

Он растянулся вдоль Нины.

Но руки не убрал…

Сам голову подпер ладонью, уперев локоть в матрас.

Такая ленивая поза… обманчивая…

Нина не строила в отношении него иллюзий.

Он пришел взять своё.

— Когда меня пригласили сюда, к тебе, не озвучили никаких подробностей. Ничего.

— Кроме суммы, - Корицкий не скрывал иронии.

Она тоже не стала.

— Да, кроме суммы.

— Тебе нужна конкретика?

— Да, - снова подтвердила она.

С ума сойти… Как можно вести разговоры, когда мужчина почти что лениво трогает, гладит нижние губы?

И в любой момент может навалиться, взять тебя…

Не потому что ты согласна.

Потому что он имеет право.

— Конкретики я и сам ещё не знаю, Олеся, - внезапно на полном серьезе, убрав из голоса цинизм, ответил Константин. – Ты мне зашла. Интересна внешне.., - тут пауза, которую интуиция Нины расценила тревожно. В голове отчетливо прозвенел протестующе-предупреждающий звонок. Она его услышала. – Красивая. По характеру, скорее, нижняя. Тебя можно «лепить». Опять же при желании… Понравилось ли мне тебя трахать? А черт знает. Это заблуждение, что мужики трахают девственниц и получают от этого нереальный кайф. Вот я лично сейчас лежу и думаю – нахера мне это было надо?