Книга Случайная первая. Прокурор и училка, страница 71 – Марина Кистяева

Марфа переступила с ноги на ногу, но вырываться перестала.

— И что же сейчас происходит?

Трусишка… Свинтила с щекотливой темы.

Илья поймал себя на мысли, что двигаться куда-либо дальше не хочется. Он бы постоял с Марфой в обнимку.

— Ты за меня переживаешь.

— С какой стати? — фыркнула, но снова вырываться не стала.

Точно ей тоже вечер нравился.

— Оставим вопрос риторическим.

Илья наклонился ещё больше и втянул в себя запах волос Марфы. Несмотря на то, что она несколько часов провела в ресторане, они сохранили свежесть и приятный ягодный аромат.

— Так фотографироваться будешь?

— Если только на берегу.

— Как раз луна вышла из-за тучи. Красивый кадр будет.

Пока Марфа осторожно ступала к берегу, Илья цепко выслеживал каждый её шаг, готовый в любой момент сорваться. Мало ли.

— Так?

Она остановилась и встала к нему боком.

Идеально.

Сердце снова гулко ухнуло в груди. И в горле перехватило.

Какая же она… В висках застучало от напряжения, от нестерпимой жажды. Мышцы свело. Все до единой. Илья уже знал — этот вечер особенный, он будет снова и снова его перебирать в голове.

Марфа не кокетничала, принимая те или иные позы для фотографий. Наоборот, была очень естественной и свободной. Илья не удержался и ловко поменял телефоны, сделав и на свой несколько кадров. Марфа не заметила — вот и славно.

Она как раз изучала бревно, лежащее неподалёку. Чем бы дитя ни тешилось…

— Присядем?

Как отказаться от такого предложения? Илья быстро оценил погоду. Ладно он, у него алкоголь в крови играет. А Марфа? Она не замёрзнет? Всё-таки на берегу речки находятся.

— Пальто испачкаешь.

— Оно уже испачкано. В любом случае стирать.

Марфа уже присаживалась на бревно, расправляя шарф, который оказался приличным палантином. Илья решил, что понаблюдает. Если поймёт, что девушка начинает мёрзнуть, они сразу уйдут.

— Вы так и будете стоять столбом, Илья Николаевич, или всё-таки присядете? А-а, я поняла. Вы боитесь запачкаться.

Илья усмехнулся и опустился рядом. Максимально близко к ней.

— Я всё-таки тебе жопу напорю.

Он намеренно выразился грубо.

И готов был поклясться, что Марфа судорожно втянула в себя воздух. Не заспорила, не возразила. Скорее, пропустила его слова через себя.

Пропустила же, МарьИванна?

У Ильи едва заметно дёрнулась верхняя губа. Предчувствие накрывало…

— Я сейчас скажу глупость, Илья Николаевич… — негромко протянула Марфа, наматывая на палец конец то ли шарфа, то ли палантина.

— Говори. Я послушаю.

Он что угодно готов послушать, лишь бы и дальше сидеть с Марфой рядом. Как пацан, честное слово.

Да, кстати, не сидел он пацаном с девчонкой ни на скамейке, ни, тем более, на бревне.

А хорошо-то как… Чертовски просто.

— Я весь день наблюдаю за вашими друзьями.

— Снова вашими…

— Мне продолжать или как?

— Продолжай.

Они уже говорят! Целое достижение. Поэтому да-а, ему, пожалуй, стоит на некоторые реплики не реагировать.

— Я наблюдала за вашими друзьями. Хорошие они. Весёлые, неагрессивные. И знаете… Не чувствуется в них гнильцы. Пусть я и не работаю в частной школе, которую посещают дети богатых родителей, но мне приходится периодически сталкиваться с разными… хм… личностями. Причём разных возрастов. И ощущения после общения с ними неприятные. Помыться хочется. У бабушки есть подруга, соседка по даче. Таисия Марковна. Интереснейшая личность. Вот она утверждает, что после общения с некоторыми людьми необходимо быстренько помыться, смыть с себя негатив и ещё свечку зажечь.