Книга Случайная первая. Прокурор и училка, страница 40 – Марина Кистяева

— Марфа, я не трону тебя.

Эти слова послышались почти сразу же.

Ага, как же. Так я и поверила. Не тронет он… Тронул! И ещё как!

— Слово даю.

Серьёзно? Слово? И что мне со словом шантажиста делать?

Парадокс, но суетиться я перестала. Точно на самом деле поверила…

Мужчина продолжал нависать надо мной, стоя на коленях. Шум в ушах оглушал. Такое ощущение, что я погрузилась на дно бассейна и никак не могла вынырнуть на поверхность. Вдох. Ещё один. И ещё.

Не помогало.

Зато Илья Николаевич начал движения. Те, которые по нашей договорённости должна была делать ему я.

Он провёл ладонью по эрегированному члену, запрокидывая голову назад. Моё сердцебиение усилилось. Это было бы красиво… Вот так наблюдать за СВОИМ мужчиной…

Секунда… вторая… И мне на живот полилась горячая жидкость.

Я прикрыла глаза.

Всё… Всё же?

Тогда почему в ушах шум только усиливается, и я сама не своя?

Воздух вокруг нас наполнился новыми запахами, и, не удержавшись, я втянула его в себя.

Тишина оглушала. Её нарушало лишь наше прерывистое дыхание.

— Мне… в ванную надо…

— Подожди.

Илья Николаевич снова положил руку мне на живот. И я не могла понять, на своё семя или чуть сместился.

Спорить не стала. Сложно всё как-то.

Мы находились друг против друга — непонятный мне мужчина со своими потребностями и распластанная я. В груди теснились эмоции. Разные… Меня кидало из стороны в сторону. Штормило. Я ненавидела себя за оргазм, и в то же время ехидный голосок подкидывал мысль, что ничего в этом криминального нет. А если прикинуться недалёкой дурочкой, то и вовсе можно свалить всё на шантаж. Выбора то мне не оставили. Значит, нужно выходить из положения с минимальными потерями.

Тем более, хорошо же было.

Сама я так не умела. Оргазмы разительно отличались.

Я отвлеклась и пропустила момент, когда Илья Николаевич достал влажные салфетки и принялся меня обтирать.

— Я сама.

И снова это чёртово:

— Нет.

Ещё несколько встреч — и я заделаюсь заядлым матерщинником. Тем более, запас слов позволяет. Школьники едва ли не ежедневно просвещают, думая, что учителя глухие и ничего не слышат.

Я позволила за собой поухаживать. Хотя последнее определение было сомнительным. Ещё меня смущала наша нагота. Илья Николаевич не спешил одеваться. И меня тормозил. Такое впечатление складывалось.

Наконец я встала. И сразу потянулась за халатом. И потом бегом до ванной.

Продержаться бы ещё немного… Чтобы не накрыло осознанием произошедшего. Всё-таки в состоянии алкогольного опьянения безумства переносятся легче.

Под душ вставать не стала. Схватила вафельное полотенце, намочила его и обтёрлась.

Теперь домой.

Распахнув дверь, едва не налетела на мужчину.

Он что, под дверью стоял? Или мимо проходил?

Нет, похоже, что стоял. У противоположной стены.

Меня в пот бросило. Оказаться с ним лицом к лицу я не хотела! Ни к чему это. Правда.

Как назло, коридор узкий тут. И сложновато получалось разойтись или проигнорировать человека.

Но какой учитель боится сложностей?

Я решила бочком проскользнуть мимо него.

Тщетно.

Прямо перед носом материализовалась мужская рука, упёршаяся в стену.

Здрасьте, приехали. Мне ещё и дорогу преградили.

Ладно, где не пропадала…

Я присела и ловко прошмыгнула низом. И не такие квесты школа подкидывает, справимся.