Книга Его воровка. Я украду твою любовь, страница 91 – Евсения Медведева

— Я же Киса? А им это от природы дано инстинктами, — по мере продвижения его ладоней мой голос затухал. Как крошечный огарок свечи.

Савин двигался медленно… От задницы вверх, пока не попал на оголенную кожу спины. Женя вмиг стал каменным… Каждая мышца его тела превратилась в металлический канат. Тиски рук крепки, он уже не просто держал меня на руках, он вжимал меня в себя, не отводя хитрого взгляда.

— Кх-кх… Я вам тут не мешаю?

— Боже! Как неудобно-то, — хохотнула я и, приложив максимум усилий, спрыгнула. — А я думаю, что за змеюка тут на кресле уютно устроилась? Может, вам помочь?

Я еле сдерживала смех, потому как блондинка, и правда, не могла подняться без посторонней помощи. Она лопатками лежала на сиденье кресла, а её ноги раскоряками ловили баланс. Соблазнительного в этой позе не было ничего…

— Дина, поднимайся уже, — Савин рывком поднял свою гостью, предусмотрительно отведя её в сторону, чтобы не вздумала вновь усаживаться в кресло.

— Сожгу, Савин… — шикнула я.

— Меня? Или кресло?

— А вас обоих и сожгу! — цыкнула и продефилировала к его столу, демонстративно устаиваясь на уголке. Взяла чашку и нарочно вывернулась, чтобы уловить его взгляд…

А там было на что посмотреть. Он не отлипал от выреза на спине, пялился, как придурок озабоченный. Не замечал, как истлела сигарета, норовя обжечь его пальцы, не смотрел на свою гостью, его взгляд был прикован ко мне.

А это то, что мне так необходимо. Сейчас… И всегда.

— Жень, попроси помощницу оставить нас! — топнула ногой блондинка, но тут же присмирела, когда я обернулась к ней. — Ты где таких находишь? Боже, какая наглость!

Я сделала глоток кофе, проходясь глазами по этой нимфе. Красивая… Но совершенно пустая. Обертка от конфеты, а внутри ничего, и эхо гуляет…

— Наглость, милая, это когда шлюшка готова на всё, чтобы привлечь мужское внимание.

— Я не поняла… Жень, это кто? — девка смутилась, даже поёжилась от моего взгляда и сделала шаг в сторону Савина, но я звонко цокнула, и она вернулась на исходную позицию.

— Дина, кажется? — я спрыгнула со стола, подошла к своей сопернице и, тактично взяв под локоток, стала оттеснять к двери. — Я та, о ком он думает с утра до самого вечера… Да, Савин?

Я обернулась и обожглась. Савину сейчас все равно было. Пусть даже начнётся конец света, он не сдохнет, и мне не позволит, пока не получит то, что я выставила как приманку на самую крупную рыбку.

— Женя, скажи ей! — блондинка повысила голос, пытаясь привлечь внимание Савина, но его мысли покоились в глубине моего выреза.

— Савин занят… Он представляет, как будет сдирать с меня платье, а ты, милая, предупреди Ульяну, чтобы нас не беспокоили! — я улыбнулась и вытолкнула гостью из кабинета.

— Киса…

— Заткнись, Савин, пока я не передумала! — я было занесла руки за спину, намереваясь дернуть замок, но меня остановили. Горячие губы опустились пылающим огоньком между лопаток.

И от этого ощущения можно было сдохнуть! Я задыхалась, хапала воздух, прижималась лбом к холодному стеклянному полотну двери.

— А обратного пути уже, Кисонька, у тебя нет!

Я проиграла…

Это первая мысль, промелькнувшая в мозге за мгновение до рокового касания.

Есть множество терминов, описывающих патовость ситуации. Но то, во что угодила я, не подпадает ни под одно. Есть в шахматах такое понятие — вынужденный ход.