Книга Его воровка. Я украду твою любовь, страница 50 – Евсения Медведева

— Ссылку на пост я тебе отправил… Собирайся, вернусь через час, поедем в клуб. Я нашел тебе работу…

Я хоть и старалась не подавать виду, но внутри вся кипела от ярости. Он что возомнил? Что может просто подойти и поцеловать?

Считает, что раз я раздавлена, то меня можно добивать?

Я ещё долго оборачивалась, надеясь увидеть Савина через стекло двери, но нет… Сразу после поцелуя он свалил, оставив меня одну под расстрел перевозбужденной Ляси.

— Криська, вот это мужик! — шептала та, которую я до сих пор машинально называю подругой. — Красивый, задница — орех!

— Задницу-то его ты как рассмотрела?

— Кристина, а у хорошего мужика и задница должна быть зачётная. Ну? Давай, рассказывай… Где склеила? — Ляся вдруг заёрзала, задрала ноги на кровать, явно готовясь к долгому разговору.

Но я сейчас была в таком состоянии, когда воротит абсолютно от всего. От её лживой улыбки, этого пусть и не наигранного, но совершенно нелепого интереса. Я для неё развлечение с приятным бонусом в виде полного содержания от Эдика, а не подруга.

Уверена, её ничего не терзает, совесть не мучает, Ляся даже не думает, что торговать моими страхами и личной информацией — подлость. А всё правильно… Она сделала выбор. Её семья — главное.

А кому, как не детдомовским, лучше всего об этом знать? Если обзавёлся семьёй, то держаться за неё нужно всеми зубами.

— Лясь, мне уже пора, давай вечером наберу?

— А куда ты собралась? — подруга встрепенулась, не ожидая такого поворота. — Кристин, мы даже пяти минут не поговорили. Что происходит?

— Ляся, это ты сегодня какая-то странная, — вместо того, чтобы отвечать на вопросы, я решила развернуть эту игру. Ляся ещё думает, что догоняет меня, но ещё не понимает — я уже дышу ей в затылок. — Допрос устроила, причем вопросы какие-то странные. Ты раньше такой любопытной не была. Что изменилось?

Ляся побледнела… Улыбка стала натянутой, стыдливой, что ли. И вдруг мне стало её жаль. Но чувство это было мне несвойственно, да и прошло быстро.

— Ладно, Лясь. Поправляйся, а то ты, и правда, какая-то потерянная. Пока, — я отбила вызов и рухнула на диван, утыкаясь взглядом в голубое небо.

Наверное, ещё пару лет назад я бы разрыдалась и рухнула на пол, но сейчас мне было все равно. Просто на и без того разбитом сердце на одну трещину стало больше.

— Ну ладно, твари, решили поиграть? Давайте поиграем, — я встала, потянулась, ощущая, как по мышцам растекается бурлящая от адреналина кровь.

Вернулась в дом, сварила себе кофе, спокойно прошла в спальню, заметив, что мой чемодан снова перевезли сюда.

— А всё правильно. Ты же кошка, каждый тебя Кисой называет, нет ни дома, ни хозяина. Спишь, где кормят, где не бьют, по шёрстке гладят. Лечишь чужие раны, теплом делишься, а потом тобой пользуются. Кошка, она и в Африке кошка, — психанула и выключила свой телефон, а вот сим-карту, связывающую меня с Лясей, я и вовсе сломала, чтобы соблазна не было.

Нет, Савин, не буду я играть в эти игры. Умерла, так умерла…

Есть категория людей, которые никогда не меняются. Красть им слаще, чем зарабатывать. Трахать приятнее тех, кто сопротивляется, силой им брать надо, через слёзы, сопли и кровищу. Больные люди…

— Но ничего, я вас вылечу, — раскрыла чемодан, сорвала обшивку, где под толстым слоем картона было спрятано ещё два телефона.