Книга Падающие искры, страница 117 – Кэтрин Коулc

Я внимательно всмотрелся в ее лицо.

— Ты ведь не сбегаешь от меня?

Она приподнялась на цыпочки и прижалась своими губами к моим.

— Никогда.

В груди немного отпустило. Но недостаточно. Хэдли переживала, что слова ее матери засели у меня в голове, а я переживал о совсем другом — что Хэдли может дать деру, решив, что спасает меня от возможной боли и страданий.

Я запустил руку в ее волосы и слегка потянул, заставляя запрокинуть голову.

— Ты же знаешь, я всегда выигрываю у тебя в прятки. Я все равно тебя найду.

Губы ее тронула улыбка.

— А тебе никогда не приходило в голову, что я пряталась в простых местах только потому, что хотела, чтобы ты меня нашел?

Мои глаза удивленно округлились.

— Ах ты плутовка.

Хэдли еще раз быстро поцеловала меня и отступила на шаг.

— Вернусь где-то через час.

— Позвони, если понадоблюсь.

— Обязательно.

Я смотрел, как она добежала до своего внедорожника, припаркованного рядом с моим на подъездной дорожке, и села внутрь. Как только машина скрылась за поворотом, я запустил руку в волосы и с силой потянул за концы.

— Пиздец, — процедил я сквозь зубы.

— Пожалуй, это еще мягко сказано, — согласился Хейз.

— Выпьешь? — спросил я.

— Я на дежурстве, но от колы не откажусь.

— Идет. — Мне-то как раз хотелось чего-нибудь покрепче. Нужно было хоть как-то снять напряжение, но пить пиво в одиночку, пока Хейзу приходится воздерживаться, я не собирался.

Мы поднялись по дорожке к дому и зашли внутрь. Я достал из холодильника две баночки газировки и протянул одну ему.

— На крыльцо?

— Кресла-качалки — это святое.

Какое-то время мы сидели молча, и только полозья кресел издавали убаюкивающий, почти гипнотизирующий стук по деревянному настилу. Я сделал глоток колы.

— Я без понятия, как мне все это исправить ради нее.

— А ты и не сможешь. — Хейз уставился на улицу. — Я тоже раньше думал, что могу все исправить, защитить всех, кого люблю, от любой боли, но это нереально.

— Эверли помогла тебе это понять?

Несмотря на всю тяжесть последних тридцати минут, при упоминании имени невесты он улыбнулся.

— Она сыграла в этом огромную роль. Помогла мне смириться с тем, что я не всесилен. Это не значит, что я перестану пытаться, но теперь я могу легче отпускать ситуацию, если все идет не по плану.

— Мне бы тоже не помешало научиться вот так отпускать.

Хейз покосился на меня.

— Не суди себя строго, ты и так через многое прошел.

Я принялся ковырять ключ на жестяной банке.

— Не хочу, чтобы мои тараканы разрушили то, что есть между мной и Хэдли.

— И ты боишься, что так и будет?

— Я никогда не смирюсь с тем, что она прыгает со скал и несется сломя голову на лошади вниз по склону. Это пугает меня до усрачки.

Хейз перестал качаться.

— Потому что ты ее любишь. Меня тоже до смерти пугает, когда Эверли заходит в загон к пугливой лошади. Я сразу вижу миллион способов, как она может покалечиться или погибнуть. Глупо думать, что ты вообще избавишься от страха, но ты все равно должен позволять ей делать то, что приносит ей радость. Разделяй это с ней. Черт, да занимайся этим вместе с ней, чтобы лично контролировать безопасность. Главное — не подрезай ей крылья.

— Я стараюсь, но, может, у меня это получается не так хорошо, как хотелось бы.

Он снова зачитался в кресле и приподнял свою банку, салютуя мне.