Книга Вижу тебя, Лили, страница 97 – Анна Флин

— Ты очень испугалась, – продолжает он мягко-мягко. – После того, что случилось с твоим домом… неудивительно. Но ты видишь – смотри. – Он указывает на стекло. – Оно чистое. Никаких следов. Ни крови. Ничего.

Я медленно-медленно перевожу взгляд. Стекло действительно чистое. Без единого пятнышка.

Сердце уходит куда-то вниз. Хватаюсь за край сиденья – иначе упаду.

— Но… – слова рвутся, ломаются, как тонкий лёд. – Но я… видела…

Эндрю, аккуратно касаясь, проводит пальцами по моим волосам.

— Страх играет с восприятием, – шепчет он. – У тебя слишком много стресса. Слишком много боли. Иногда мозг рисует то, чего нет. Это нормально. Ты не сходишь с ума. Ты просто… устала.

Мой пульс скачет так, будто сейчас прорвётся через кожу.

— Думаешь, я… придумала?.. – спрашиваю детским голосом.

Он смотрит прямо в глаза. Слишком внимательно.

— Нет. Я думаю, что ты устала. И что тебе нужно, чтобы кто-то держал тебя.

Он обнимает меня. Так уверенно, что моё сопротивление ломается, как тонкая ветка под снегом. И на секунду мне кажется… кажется, что и вправду усталость могла сыграть со мной жестокую шутку. Что страх сделал из тени – зверя. Из хруста льда – удар. Из пятна света – кровь.

Что если… не было никакого кролика?

Но под этой мыслью шевелится что-то тонкое, едва ощутимое – тревога. Как игла под кожей.

Эндрю гладит меня по спине.

— Всё хорошо, Лили. Я защищу тебя от всего мира. Обещаю.

Его слова укутывают меня теплом. Но под этим теплом – что-то слишком горячее. Почти обжигающее.

Он касается моих губ так мягко, будто спрашивает разрешения. Но через секунду поцелуй становится глубже. Настойчивее. Его рука скользит к моей талии, притягивает ближе. Слишком близко.

— Эндрю… – выдыхаю я, чувствуя, как его пальцы крепче сжимаются на моей талии.

Он будто не слышит. Поцелуи становятся жёстче. Губы жарче. Его дыхание горячее, тяжёлое, рваное.

Я отстраняюсь – точнее, пытаюсь.

— Эндрю, погоди…

Он замирает.

На секунду – всего секунду – его лицо становится другим: хищным, раздражённым, похожим на маску зверя, у которого отняли добычу.

Но это выражение исчезает так же быстро, как и появляется.

Он накрывает это взглядом – мягким, виноватым, почти ласковым.

— Прости, – шепчет. – Я… увлёкся. Ты такая… – он глотает слово, будто выбирает более правильное. – Удивительная. Не хотел тебя напугать.

Медленно выдыхаю.

— Всё… хорошо. Просто… я испугалась.

Он улыбается – мягко, идеально.

— Конечно. Поедем домой, ладно?

Телефон вибрирует.

На экране высвечивается – Ник.

Грудь сжимается.

— Да что тебе нужно?! – срываюсь я и сбрасываю звонок.

Эндрю смотрит на телефон, и уголок его губ чуть, едва заметно дёргается.

— Хочешь, выброшу его в окно? – спрашивает он легко, полушутя.

И вдруг это действительно звучит как идеальное решение.

— Да… – выдыхаю я. – Отличная идея.

Эндрю ненадолго отстраняется – так резко, что холодный воздух мгновенно заполняет пространство там, где секунду назад была его ладонь. Кажется, будто из меня выдернули какой-то невидимый провод, и по телу пробегает дрожь – не только от холода.

Эндрю делает несколько шагов назад, его силуэт выхватывает слабый отражённый свет – тёмная фигура на фоне бесконечной зимней ночи. Казалось бы, обычное движение: закрыть капот, проверить что-то под машиной. Но в его пластике есть что-то слишком спокойное. Слишком выверенное.