Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 9 – Алекс Скай

— Они выжили после приёма в Вене, где их коммерческий директор перепутал супругу партнёра с переводчицей. После такого люди становятся благодарными.

— Вы исправили ситуацию?

— Я сделала так, что через десять минут все смеялись над ошибкой, а не считали её оскорблением.

— То есть умеете тушить пожары.

— Я предпочитаю не доводить до огня.

— Но если огонь уже есть?

— Тогда смотрю, кто размахивает факелом, и прошу его сесть.

Кирилл откинулся на спинку кресла.

— Вы понимаете, что мои ближайшие встречи нельзя провалить?

— Мне об этом сообщили.

— Нет, не понимаете. Эти встречи не просто важны. Они определят, как компания пройдёт следующий год. У нас сильная позиция, но сложная репутационная рамка. Партнёры хотят видеть не только цифры, но и управляемость. Надёжность. Прогнозируемость.

— То есть им нужно доказать, что вы не кусаетесь без предупреждения.

— Я никого не кусаю.

— Вы просто смотрите так, что люди сами приносят тапочки и просят прощения.

Он замолчал. Потом спросил:

— Вы можете меня подготовить?

Вопрос прозвучал сухо. Почти делово. Но я уловила в нём то, что он наверняка не собирался показывать: он не любил просить. Даже не умел. Для Кирилла Гранта признать необходимость чужой помощи было примерно как для обычного человека выйти на улицу без одежды.

Я не стала улыбаться. Иногда милосердие — это не доброта. Иногда это умение не добивать мужчину шуткой, когда он впервые за долгое время говорит честно.

— Могу, — сказала я. — При одном условии.

— Вы в моём кабинете меньше пяти минут и уже ставите условия.

— Быстро адаптируюсь к корпоративной культуре.

— Слушаю.

— Вы будете выполнять задания. Не имитировать участие. Не обесценивать процесс при сотрудниках. Не превращать каждую рекомендацию в дуэль. И если я скажу, что вы сейчас выглядите как человек, который собирается купить собеседника вместе с креслом, вы хотя бы задумаетесь.

— А если не задумаюсь?

— Тогда я добавлю это в отчёт.

— Угрожаете?

— Фиксирую риски.

Он смотрел на меня с новым выражением. В нём всё ещё было раздражение, но к нему примешалось что-то более опасное. Интерес. Мужской, профессиональный, человеческий — я пока не понимала. И очень надеялась, что профессиональный.

Потому что Кирилл Грант был не тем мужчиной, рядом с которым стоило терять голову. Голову рядом с ним следовало держать двумя руками, желательно в каске и с запасным планом.

— Хорошо, — сказал он. — Месяц.

Я моргнула.

— Что месяц?

— Вы работаете со мной месяц. Индивидуально.

— Мой курс рассчитан на руководство в целом.

— Руководство тоже получите. Но основной фокус — я.

— Кирилл Аркадьевич, вы сейчас сказали фразу, которую ваш отдел коммуникаций обязан занести в музей корпоративной честности.

— Не увлекайтесь.

— Уже вернулась.

Он достал чистый лист и коротко записал несколько пунктов.

— В течение месяца вы готовите меня ко всем внешним встречам, деловым ужинам, презентациям и частным мероприятиям, связанным с инвестиционным циклом. Вы присутствуете на ключевых событиях, даёте обратную связь, корректируете поведение, предупреждаете ошибки.

Я слушала и чувствовала, как мой внутренний бухгалтер перестал махать руками и начал танцевать на столе.

Месяц индивидуальной работы с Кириллом Грантом. Это были деньги. Репутация. Выход на новый уровень. Возможность оплатить офис, закрыть долги по аренде, поднять зарплату Полине и наконец перестать считать каждую чашку кофе в деловых встречах как стратегическую инвестицию.