Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 77 – Алекс Скай

— Работайте.

Когда сотрудники вышли, Лика медленно повернулась ко мне.

— Арина, вы это видели?

— Видела.

— Он извинился перед Стасом.

— Почти.

— Для нашего офиса это уже настенная фреска.

Кирилл закрыл папку.

— Я всё ещё в комнате.

— Мы знаем, — сказала Лика. — Атмосферное давление подтверждает.

Он посмотрел на меня.

— Лучше?

Я поняла, что он спрашивает не про Стаса.

Про себя.

Про нас.

Про то, достаточно ли он старается, если я всё равно держу дистанцию.

— Лучше, — сказала я. — Но вы сегодня злее обычного.

— Рабочее напряжение.

— Нет.

Он замолчал.

Лика очень быстро собрала планшет.

— Я выйду.

— Лика, останьтесь, — сказала я.

Кирилл посмотрел на меня.

— Вы боитесь остаться со мной вдвоём?

Вот.

Сказал.

Не грубо. Но прямо. И от этого у меня внутри всё встало на дыбы.

— Я не боюсь.

— Тогда почему вы делаете всё, чтобы мы не оставались вдвоём?

— Потому что мы вчера почти перешли границу.

— Почти.

— Именно. И я пытаюсь не довести это «почти» до ситуации, где потом нам обоим придётся разбираться, что было настоящим, а что частью спектакля.

— Для меня это не спектакль.

— А для мира вокруг — да. Для партнёров, прессы, Вадима, Вероники, вашей матери, совета директоров. У всех уже есть роль для нас. Мне нужно хотя бы внутри себя сохранить место, где я не играю.

Он откинулся на спинку кресла.

— И поэтому вы исчезаете.

— Я не исчезаю. Я работаю.

— Вы прячетесь за работой.

Я рассмеялась коротко.

— Серьёзно? Это мне говорит Кирилл Грант?

Лика тихо прошептала:

— Я физически чувствую, как история замыкается.

— Лика, — одновременно сказали мы с Кириллом.

Она подняла руки.

— Молчу.

Кирилл встал.

— Перерыв десять минут.

— У вас через десять минут звонок с Орловым, — напомнила Лика.

— Перенесите на пятнадцать.

— Кирилл Аркадьевич, это Орлов.

— Значит, он переживёт пять минут неопределённости.

— Прогресс пугает, — пробормотала она, но вышла.

Мы остались одни.

В переговорной. Не в кабинете. Без балкона. Без музыки. Без красивого света. Стеклянные стены, стол, графин с водой и моя твёрдая решимость не смотреть на его руки.

— Я не прошу вас поцеловать меня, — сказал он.

— Великолепное начало рабочего разговора.

— Я прошу не наказывать меня за то, что я почти это сделал.

Я замерла.

— Я вас не наказываю.

— Тогда что?

— Защищаю себя.

— От меня?

— От того, что рядом с вами я всё чаще забываю, где заканчивается контракт.

Он молчал.

— Вы хотели правду, — сказала я. — Вот правда. Мне страшно. Не потому что вы сделали что-то плохое. А потому что вчера вы сделали всё правильно. Спросили. Остановились. Выбрали меня публично. Не давили. Ждали. И теперь мне сложнее удержать всё это в безопасных рамках.

Кирилл подошёл к окну, но не отвернулся от меня полностью.

— Значит, мне надо быть хуже, чтобы вам было спокойнее?

— Не смейте.

— Я спрашиваю.

— Нет. Вам надо продолжать быть лучше и не требовать, чтобы я сразу перестала бояться.

Он кивнул.

Медленно.

— Хорошо.

Одно слово.

Но голос уже не был холодным.

Казалось, ещё чуть-чуть — и мы сможем пройти этот день без новой катастрофы.

Разумеется, именно в этот момент в дверь постучали.

Лика заглянула внутрь.

Лицо у неё было другим.

Не весёлым. Не ироничным. Даже не рабоче-напряжённым.

Серьёзным.

— Арина, можно вас на минуту?

Кирилл сразу повернулся.