Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 30 – Алекс Скай

Потом он взял ручку и подписал лист.

Кирилл Грант. Временный жених.

Я даже не пыталась скрыть улыбку.

— Что? — спросил он.

— Ничего.

— Говорите.

— Просто ваша подпись под этим заголовком стоит отдельного премиального тарифа.

— Не увлекайтесь.

— Поздно. Я мысленно уже оформила это в рамку.

— Не оформите.

— Это не приказ?

— Это просьба.

— Прогресс дня зафиксирован.

Он протянул мне лист.

— Теперь вы.

Я подписала:

Арина Платонова. Временная невеста по необходимости.

— «По необходимости» лишнее, — заметил он.

— Зато честное.

— Иногда честность мешает убедительности.

— Тогда вам повезло, что в пятницу я буду красивой.

Фраза вылетела сама.

Я замолчала.

Кирилл тоже.

Лика очень медленно опустила глаза в планшет, но я была уверена: она улыбается всеми внутренними органами.

— Не сомневаюсь, — сказал Кирилл.

Тихо.

Без шутки.

И вот это было уже совсем никуда не годилось.

Пятница пришла быстрее, чем хотелось. По закону подлости дни, ведущие к семейным катастрофам, всегда ускоряются. Утром я провела с Кириллом ещё одну тренировку: учила его не отвечать на личные вопросы как на допрос инвестора, не смотреть на родственников с выражением «ваш запрос отклонён» и не превращать комплимент матери в краткий отчёт о текущем состоянии её гостиной.

— Если Валентина Сергеевна спросит, как вам оформление дома, что вы скажете? — спросила я.

Мы сидели в переговорной, между нами лежал список «безопасных фраз для семейного ужина».

Кирилл посмотрел на лист.

— Очень достойно.

— Нет.

— Почему?

— Потому что так вы оцениваете квартальный отчёт. Ещё раз.

— Красиво.

— Лучше. Но без интонации, будто вы подписали акт приёмки.

Он медленно вдохнул.

— Мама, у тебя красиво. Я вижу, ты всё продумала.

Я улыбнулась.

— Вот. Почти живой человек.

— Почти?

— Не расслабляйтесь. Впереди десерт.

— Вы слишком много значения придаёте десерту.

— Потому что именно за десертом семьи добивают выживших.

Он посмотрел на меня так, будто хотел спорить, но вспомнил Нину Павловну.

— Что делать, если тётя Нина спросит, когда свадьба?

— Сказать: «Мы не торопим события».

— Это звучит как признание событий.

— Лучше, чем «не ваше дело».

— А если это правда?

— Правда не всегда подаётся без гарнира.

— Вы считаете, мне нужен гарнир?

— Вам нужен целый буфет дипломатии.

Ближе к вечеру я поехала домой переодеваться. Полина встретила меня в моём маленьком офисе с чехлом для платья в руках и лицом человека, который давно решил мою судьбу без моего участия.

— Нет, — сказала я сразу.

— Ты ещё не видела.

— Именно поэтому нет.

— Арина, ты идёшь в дом к матери Кирилла Гранта, где тебя, скорее всего, примут за женщину его жизни.

— Спасибо, что напоминаешь мне о причинах нервного смеха.

— Тебе нужно выглядеть не как консультант, которую случайно втянули в семейный спектакль, а как женщина, которая вошла и сразу всем стало понятно: спектакль теперь её.

— Полина, я не собираюсь играть невесту.

— Конечно. Ты просто собираешься быть настолько великолепной, чтобы они пожалели, что вообще пытались определить тебе роль.

Она расстегнула чехол.

Платье было тёмно-вишнёвым. Мягкое, струящееся, с красивым вырезом, длинными рукавами и линией талии, которая не пыталась спрятать мою фигуру, а словно говорила: вот она, смотрите, завидуйте молча. Не кричащее, не вызывающее, но очень женственное. Очень живое.