Книга Влюбись в меня. Это приказ, страница 24 – Елена Волкова

— Ответь честно.

— Саш, я не вру.

— Лана, — хлопает по рулю. Перехватывает. — Я тебя люблю! Это не просто слова. Это правда. Просто знай, прежде чем что-то ответить.

Теряюсь. Значит звонок тот не просто так. Да? Марк там окончательно обалдел? Это же он звонил. Неужели думает, что приму его после измен и всего остального?

— Есть.

Не потому, что брак разрушен. Не поэтому.

Пусть покроет мою бедную голову позор. Вот не могла развестись, а потом уже к другому бросаться нужно. Так порядочные женщины не делают и так далее. А Марк⁈ Разве мужчинам позволительно делать все, что захотят? Почему они менее осуждаемы⁈

И опять дело не в этом.

Дело в Саше. В Булатове. Так что… Это тоже не просто так все.

— Есть за что воевать, — подтверждаю. — Только я не хотела бы войны, Саш. Это честно. Я могу просто развестись и все. Думаю, Марк поймет.

Говорю и сама себе не верю. Какой поймет, разве это про мужа? Он всегда жил и живет сиюминутными порывами. Злой, мстительный. Вряд ли отпустит без скандала.

При любом напоминании о Марке, Сашу взрывает. Он старается не показывать взорванное состояние, контролирует ситуацию, но все равно чувствую, как бомбит. Это не предъява, так называемая, это другое. Не готов делить, не готов возвращать.

Внезапно Булатов паркуется у обочины. Молча сгребает, обхватывает лицо руками. Давяще смотрит. Насквозь пронизывает. Вздрагиваю. Тянусь к нему.

— Сама только что подтвердила. Назад не вернешься. После академии переедешь ко мне. Все. Ясно?

Моргаю.

— А как же… развод и все такое.

— Какое?

— Ну… работа и… я же встречусь там с Марком… чтобы решить.

Сглатывает тяжело. Разит наповал упертостью.

— Я сам все улажу. Если будешь говорить, то только в моем присутствии.

— Ладно, — соглашаюсь, с трудом представляя, что и как может произойти. — Саш, ты чего такой?

Целует. Целует! Так требовательно, что колени подгибаются.

— В академии будет мать Марка. Спешно приехала по расплывчатым вопросам. Ты не особо парься, ладно? У нас с ней отношения не сложились. Наговорит тебе всякого.

Ошарашено хлопаю глазами.

Мать Марка. Нина Андреевна. Моя свекровь.

Ужас!

Коршуном провожаю Лану по академии. Здесь позволить лишнего нельзя. Честь мундира, все дела. Нравственность. Так что как бы не хотелось — без вариантов.

— Бойков, Ярычев и Зверев. Лучшие результаты по боевому самбо. Их смотри в первую очередь, но ты же понимаешь, что… — привычная информация глохнет.

Мгм. Понимаю. Могут не пойти.

Гулкие шаги раздаются по коридору. Идем по разные стороны от руководства. Я задаю вопросы про бойцов. Точнее про предполагаемых ребят выпускников. Коротко внимаю информации одновременно пролистывая папку с данными парней.

Уходить мне первым и это чертовски задевает. Меня вообще все задевает, что Ланы касается. Даже когда она просто удалится в другое крыло работать.

Под кран бы. Залить башку ледяной водой. Хоть чуть остудиться. Надо учиться отпускать.

Нина, мать ее, Андреевна здесь. Прилетела стервятница. По-другому не назвать. Я никогда не делал ставки на отца, никогда не лез в глаза и ничего не просил. Он сам давал то, что считал нужным. А я уже решал брать или нет. Кстати, пользовался немногим.

Деньги отрицал в корне, предпочитал зарабатывать самостоятельно. Подаренную квартиру тоже проигнорил. Сам купил, что захотел. А вот помощь при поступлении в академию принял. И еще помощь для матери принял, когда нужна была операция. Не смог по финансам вытянуть. Курсач зеленый, возможности нулевые.