Книга Подарок для Градова, страница 111 – Татьяна Любимая

— Спасибо за добрые вести, любимый.

— Поедем домой?

— Не могу… сейчас.

Две полоски.

Две красные полоски.

Тут, тут и тут. На этом тесте, на этом и еще на двух десятках. Они все разные, веером лежат на стиральной машинке, а я сижу на краю ванной и пялюсь на них.

Не верю. Я не верю!

И в то же время в груди распускаются невероятной красоты фейерверки — неужели это правда? У меня будет ребенок?

Прикладываю ладони к низу живота.

— Малыш, ты правда там есть? Мой сынок или дочка? Невероятно!

Сколько времени прошло со встречи с Пашкой? Ух ты, ровно четыре недели!

— Не зря приезжал сюда твой папка, да, маленький?

Павел улетел рано утром в понедельник. Два дня были нашими. Мы гуляли по городу. Совсем немного. Большую часть проводили дома, конечно, в постели. Соскучились друг по другу. И сейчас общаемся всеми доступными способами каждую свободную минуту. Это, конечно, совсем не то, когда мы рядом, но лучше чем ничего. Крылья за спиной все равно выросли и расправились.

Только сообщать ошеломительную новость, будучи на расстоянии друг от друга, неправильно. Надо ехать домой, тем более, что проект удается закончить раньше запланированного.

Я не говорила Павлу, что приеду не 30 декабря, а на две недели раньше. Хотела сделать ему сюрприз. Сейчас будет сразу два сюрприза.

— Малыш, как ты думаешь, папа будет рад узнать о тебе?

Я не знаю!

И я очень боюсь его реакции, ведь это я хотела ребенка. Я утаила от любимого свое желание.

Нужен ли ему ребенок сейчас? Готов ли он? Это я мечтала о малыше много лет, а мужчина должен созреть для этого. И не всегда он дозревает к тридцати годам и тем более после проведенных вместе всего лишь трех ночей…

Если Градов откажется от нас…

Думать об этом больно, но…

Если откажется, я пойму. Он уже подарил мне сказку и частичку себя.

Билет в один конец взяла на четырнадцатое декабря. Доделала и сдала все дела на работе. Попрощалась с коллективом. Заверила, что если что — вернусь.

Не вернусь. Дома меня ждет мой журнал, мои ребята, Леша. Он уже исстонался от тяжести выполняемой должности. Помогаю ему удаленно чем могу, хотя искренне не понимаю зачем я им. Они прекрасно справляются без меня. Вернули всех потерянных клиентов, набрали новых. Даже рекламу «Орхидеи» разместили!

Неожиданный подарок Эдика до сих пор не укладывается в голове. Я его так и не поблагодарила за него, может быть поэтому еще не приняла себя в роли полноправной хозяйки «Территории». Ежемесячные отчеты о проделанной работе не надо никому показывать…

Все равно думаю, что что — то здесь нечисто, но ни Леша, ни другие коллеги ничего не говорят. Может, конечно, делают вид, что не в курсе, не пытать же их.

С легким сердцем покидаю свое временное жилище. Торшер в виде лилии упакован и отправлен домой курьерской службой. Его Паша сам собирал, а потом любил меня под мягким светом лилии долго и чувственно. Торшер мне дорог.

Родной город встречает белоснежными сугробами. Воздух хоть и городской, но в корне отличается от питерского. Свеж е е, насыщеннее, прозрачнее.

Мой приезд остается тайной для всех. Только баба Маша узнает раньше других, потому что у нее хранятся ключи от моей квартиры.

— Приехала! — соседка всплескивает руками. — А твой тебя искал!