Книга Тот, кого нельзя, страница 62 – Морана Ран

Демьян бездействовал. Дразнил.

— А тогда в ресторане, когда с гондоном своим пришла, если бы позвал, бросила бы его, и ушла со мной?

— Да, — я поймала его ладонь прижимая к своей щеке, — я всегда выбирала тебя Демьян. Просто ты не звал.

— Звал, — он упрямо покачал головой, — просто не на тех частотах, еб… тый! Мы как киты в океане, которые не слышат друг друга. А остальные видели и угорали, ждали когда настроим радио! Я выбираю тебя, Мира. Всегда, на всю жизнь. И зову тебя, в это плаванье, ещё лет на сто минимум, вместе со мной! Ты со мной?

— Да, — я обняла его прижимаясь к его губам, в поцелуе. Смешивая наши вкусы.

Демьян снова начал двигаться. Унося нас за грань оргазма. Отключая из реальности. До сладкой дрожи. Всепоглощающего счастья.

После сгребая к себе под бок, отключаясь. Точно говорю, он действительно заболел.

Я лежала, рассматривая каждую черточку его лица. С трудом заставила себя оторваться. Сходила в душ, закончила собирать сумку для Киры. Снова застыла рядом с ним, касаясь волос на затылке. И только когда его ресницы задрожали, предвещая пробуждение, я тихо вышла из квартиры.

Спускалась в лифте, вытирая предательские слезы. Он так сладко спал, не подозревая, что, воспользовавшись его слабостью, в дорожной сумке вместе с вещами для Киры я забрала и часть своих. Прощай, мое сердце.

Киры в палате не оказалось. Если бы не заверения персонала на ресепшене о том, что пациентка еще в клинике, я бы с уверенностью решила, сбежала. И это не стало бы для меня неожиданностью. Судя по рассказам Демьяна, сестра оказалась тем еще фруктом. Она с завидной регулярностью впутывалась в неприятности, живя на грани.

Возможно, суть в ситуации с родителями, не каждый ребенок может справиться с подобным ударом судьбы. Но на мое осторожное предложение о необходимости психолога Демьян смеялся до слез в течение получаса.

— Мира, — произнес он, справившись с истерикой, — она сильнее, чем ты думаешь. Поверь, это я тебе как ближайший родственник говорю. Ее ничто и никто не сломает. Никогда.

И сейчас я находила подтверждение его словам. Услышала тихие голоса за дверью, отвернулась от окна, где изучала внутренний двор больницы с клумбами, только начинающими зеленеть. Только начался май, закончилась пора дождей. Сама природа радовалась теплу, и лишь в моей душе шумела осень. Все застыло в ожидании упадка.

Я знала, нет необходимости упиваться страданиями. Многие пары так живут, прощая друг друга и за худшие поступки. Но я так не могу. Не могу вернуться обратно, делая вид, что ничего не случилось. Да, он сделал достаточно, пытаясь меня остановить, но я не буду уважать себя, если спущу все на тормоза.

Он должен понять, иначе никак. Не захочет ждать моего решения? Что же, заставить я не в силах. Мне было проще уйти сейчас, когда он слаб и утратил бдительность. Без очередных изматывающих сцен. Подло? Возможно. Зато честно.

Голоса за дверью усилились.

— Кира, — позвала я требовательно.

Звуки моментально прекратились.

Девушка вошла в палату, а я успела заметить в проеме высокого медбрата. Он так и сиял, пытаясь поймать взгляд Киры, явно рассчитывая на взаимность после своих ухаживаний. Но Мальцева, даже не обернувшись, одарила его ледяным безразличием. Парень, замявшись под ее игнором, поспешно ретировался.