Книга Тот, кого нельзя, страница 58 – Морана Ран

— Нравится? — Демьян заглядывал мне в глаза, выискивая в них одобрение или негодование. Он хмурился, когда реакция не спешила его радовать. — Если не нравится, можем поменять. Какое захочешь. Почему молчишь, Мира?

Почему я молчу? Потому что я в шоке. Рассматриваю кольцо на пальце, понимая, что оно стоит целое состояние. Как хорошая машина. Бриллианты слепят так сильно, что больно глазам.

— Как я на улицу буду выходить, Демьян? Мне руку оторвут в первой же подворотне.

Придурок выдыхает, соображая, что я не устраиваю сцену, а просто ошеломлена подарком.

— Не ходи по подворотням, и не оторвут, — советует он, возвращая себе самодовольный тон.

Сюрприз удался, можно расслабиться.

— Сказал бы раньше. Быстрее бы дала повод, за такой-то подарок! — процедила я насмешливо.

Ничего не могу с собой поделать. Постоянно вставляю ему палки в колеса, обламывая попытки доказать, насколько я дорога. Замечает ли он мое настроение? Видит ли метания и тяжелые раздумья о том, нужно ли мне все это? Или проще перестать думать и ждать знака свыше, мимолетной подсказки, которая поможет определиться в отношении него и самой себя?

— Ты опять? — он смотрит тяжело. Его явно разрывает от накопившегося напряжения.

Хочется вести себя как обычно, но больше нельзя. Я как актер, удерживающий хорошую мину при плохой игре. Пытаюсь показать, что все прекрасно, и не вестись на провокации.

— Не опять, а снова, — ослепительно улыбаюсь я.

Мстительность и самолюбие кричат во мне, приказывая напоминать о случившемся. Акцентировать внимание. Вынуждать его расстроенно отводить взгляд. Помучайся немного, Мальцев. Как мучилась я, принимая твои выходки.

Выхожу на улицу, оставляя Демьяна в ювелирном. Осматриваюсь, наслаждаясь свежим воздухом и секундами одиночества. Все это напоминает ванильную мелодраму, после которой всегда наступают серые будни. Отрезвление после дурмана. Один поступок снял вуаль с моих глаз, мир реален, и люди в нем реальны. Твой любимый человек, без розового сиропа, может быть злым и грубым. Сложным и несговорчивым.

Для меня это не стало откровением, просто Демьяна стало слишком много в моей жизни. Я очнулась и поняла, что мне нужно выдохнуть. Без него. Но он не дает такой возможности.

Нет, я не стала любить его меньше и все так же считаю его последним мужчиной в своей жизни. Но тот случай выбил меня из колеи. Я понимаю, что он действовал на эмоциях, считая меня изменщицей, но простить мгновенно не получается.

Он потратил уже два дня из трех. Завалил меня завтраками, обедами и сумасшедшими подарками. Обручальное кольцо, самый безумный из них. Но я вижу плохую тенденцию, он все еще считает, что женщин можно купить. Пытается выкупить мое прощение. Так продолжаться не может.

Мальцев прервал мои размышления. Он смотрел неодобрительно, явно желая высказать, что думает о моих капризах. Его самообладание, скованное цепями, трещало по швам. Но именно этим терпением, стоившим ему титанических усилий, он и доказывал свою любовь. Настоящие отношения читаются между строк в том, что ты готов изменить в себе ради другого.

— Мы собирались в кино, — мрачно оповестил он, собираясь с силами.

Подумал и добавил:

— Я не дарю тебе это кольцо в обмен на прощение. Я готовил его давно. У нас свадьба, если ты не забыла.